— О… — протянула она довольно сухо, и её энтузиазм мгновенно испарился. — Даже не знаю, что вам сказать. Если этот человек не участвует в конкурсах, найти его будет чрезвычайно сложно. Если он хотя бы раз выступал, у вас, возможно, появятся шансы. Но если кто-то покупает щенка на распродаже или у заводчика либо берет в приюте… Не знаю…

— Соревнование? Конкурс? Вы говорите о выставке собак?

— Да. Это может вам помочь… Уиппеты сейчас в моде. В этом году, между прочим, мы возлагаем большие надежды на одного из этих пареньков на выставке в Вестминстере.

— Сколько в год проводится выставок?

— Вы даже не представляете сколько. Но мне кажется, вы только зря потратите время. Не думаю, что этот тип, если верить вашим словам, станет привлекать к себе внимание, участвуя в выставках. И особенно учитывая то, что он использовал свою собаку — мне больно об этом говорить — в качестве своего рода приманки.

— И что же вы предлагаете?

— Возможно, вам стоит обратиться к тому виду состязаний, который почти не привлекает внимания прессы. Ведь многие владельцы уиппетов соревнуются лишь для того, чтобы насладиться бегом. И если ваш парень входит в их число, то кто-то, возможно, сможет его узнать. Ведь вы говорите, у вас есть портрет?

— Да.

— Вы могли бы распространить изображение среди этих людей.

— Вы имеете в виду бега на стадионе?

— Увы, — рассмеялась она, — в наши дни о таких бегах почти забыли. Я хочу сказать, что гонки на старомодных овальных дорожках сейчас не очень популярны. Если постараться, их можно найти. Однако в наше время самым популярным видом собачьих бегов стала так называемая охота за зайцами, когда собаки мчатся за какой-нибудь приманкой. Такие бега проходят по извилистой дорожке с разного рода препятствиями. В качестве приманки используются белые пластиковые мешки — «убого, но зато гуманно», говорим мы. Уиппеты отлично ловят мячи, не говоря о…

Я дал ей возможность выговориться, и в конечном итоге она обещала поместить на своём сайте мой плакат, а также выслать список клубов любителей уиппетов и заводчиков.

Обещанный материал я получил через два дня по экстренной почте. Вскрыв пакет, я обнаружил список из четырёхсот тридцати четырёх групп любителей уиппетов и адреса более чем двухсот сайтов, к которым я мог бы обратиться.

«Здесь наверняка будут повторения, — писала она. — Хозяева уиппетов настоящие коллективисты!»

За всё это время мне удалось одолеть лишь список из сорока двух средневековых мероприятий, и разработка собачьей версии, судя по всему, требовала новых грандиозных усилий. Я ощущал свою беспомощность. Я был подавлен, и мной завладело уныние. Это была весьма трудоёмкая работа, которой, по моему мнению, следовало бы заняться полиции.

* * *

Ещё один путь для исследований открывал аксессуар елизаветинских времён, известный под названием «плоёный воротник», или жабо. Из списка поставщиков я выделил тех, кто занимался шитьём и продажей костюмов эпохи Ренессанса — жабо, дублетов, женских нарядов с фижмами. Перечень подобных мастеров расширялся после каждого разговора с одним из них. Рынок плоёных воротников, выходя за рамки ярмарок, охватывал театральные труппы, менестрелей, трубадуров, жонглёров, певческие капеллы и цирки. Оказалось, что воротники шили на дому и число умельцев не уступало количеству любителей уиппетов или увеселений в духе Ренессанса. Жабо можно было купить по Интернету или на самих ярмарках и фестивалях.

— Прошу прощения, но мы торгуем своими изделиями в основном за наличные, — сообщила мне женщина из компании «Лови момент».

Я делал несколько звонков в день, и то, что поначалу казалось мне узкой и в силу этого перспективной сферой расследования, грозило отнять несколько месяцев.

Проснувшись как-то ночью, я подумал: «Спортивное оборудование!» Интересно, сколько людей привязывают канаты к потолкам своих жилищ?