Не хочу сегодня больше никого видеть! Сдохнуть хочу! Как же мне плохо! Меня разрывало на части. На меня давила реальность, словно я находилась под прессом. Мне казалось, что на плечи легла непосильная для меня ноша. Далеко унести я ее не смогу, она вообще не дает сдвинуться с места.

Под тяжестью вины, боли и печали я упала на диван. Мои глаза стали мокрыми. Маленькие капельки покатились по моим щекам на подушку. Я не знала, почему я так себя веду, я не понимала действительность. От самокопания меня отвлек звук телефона. Я по наивности думала, что это Стас, мне ведь так не хватало его, но я ошиблась. Открыв сообщения, я увидела незнакомый номер и сообщение, гласившее.

'Я вернулся за тобой!'

Я прочитала смс, и рука, зажатая с телефоном, безвольно опустилась. Надо мной появились черные тучи с громом и молнией. Даже отчетливо слышались звуки грозы. Мне не нужно было долго думать, что бы понять, кто вернулся за мной. Рука с силой сжала телефон с такой силой, что средство связи с трудом выдерживало. Он вернулся? Вот только кто его просил? Он вернулся за мной? Три раза ха!

Телефон с оглушительной скоростью полетел в стену, разлетевшись на несколько частей, стоило мне только вспомнить тот ужасный вечер. Вернулся он? Да пусть катиться туда, откуда прискакал. Почему из-за него я должна рушить свою жизнь? Следом за телефоном полетел в стену цифровой фотоаппарат, так неудачно расположившийся ряжом.

В дверь громко постучали, видимо напуганные шумом в моей комнате. Ответом им была ваза, брошенная в сторону двери. Вот же скотина! И что он думает, что я ему на шею брошусь? Да не дождется!

— Мила, у тебя все в порядке? — послышался обеспокоенный голос брата.

Да пошли вы все! Я видеть никого не хочу! Как я устала! Может на меня потолок обрушится и избавит меня от всех проблем.

Может для кого-то это покажется глупым и не своевременным, но мне так хочется тихого спокойного семейного счастья. Мне нужны бурные отношения, я хочу просто быть счастлива с любимым человеком. Неужели, я о многом прошу? О простом человеческом счастье.

— Милана, открой немедленно! — снова раздался голос брата, приглушенный дверью.

Отвечать я ничего не стала, а направилась к шкафу. Выудила из его глубин короткое красное шелковое платье с открытыми плечами и ключицами. Сумку и туфли я выбрала в тон к платью. Сегодня я буду развлекаться! И плевать я на всех хотела.

Я наводила вечерний макияж под методичное постукивание в дверь. Вот я не понимаю, если вам никто не открывает — значит, не хотят видеть. Это как в старом добром анекдоте 'раз молчит — значит, картошка' через полчаса я была готова: одета, накрашена — ну просто красавица! Телефон я брать не стала. А смысл? Разговаривать я все равно ни с кем не собираюсь. Да и он, по-моему, не работает после моего замечательного удара. Веселиться буду на полную катушку! Покрутившись перед зеркалом, я пришла к выводу, что чудо, как хороша!

Когда я вышла из своей комнаты, попытки Марией и Максимом проникнуть в мою комнату закончились, они сидели на диване и о чем-то оживленно спорили, увидев меня при всем параде, эти голубки замолчали и с огромным интересом уставились на меня. Я, не обращая на них совершенно никакого внимания, направилась на выход.

— Ты куда? — моментально вскочил родственник и, оглядев меня, добавил очень возмущенно. — В таком-то виде!

— Развлекаться! — бросила я через плечо, не оборачиваясь.

— С кем? — продолжал допрос брат с недовольным лицом.

— Одна. А что такое? — невинно похлопала я ресницами. Машка сидела немного ошарашенная моим поведением, будто и не я совсем недавно убивалась.

— Ты в таком виде никуда не пойдешь! — заявил брат.

— Почему? Чем тебе мое платье не нравится? — поглядела я вниз. Чересчур, короткое? Стоит заметить, что некоторые еще короче носят. И ничего никто не помер пока.

— Вообще-то у тебя парень есть! — сказала Станина глухо. — Не думаю, что Стас одобрит твои ночные похождения в таком виде.

— Стас? — немного задумалась я. — Это который? Случайно не тот, который меня сегодня из машины практически выгнал? Или тот, который бросил меня в трудной ситуации?

— Мила! — попыталась возмутиться Маша.