Саша Ткачев сегодня решил провести вечер с одноклассниками. Шумная компания из десяти молодых людей успели побывать в центральном городском парке, кафе и даже в клубе.

Вся эта пьяная толпа в конечном итоге решила посетить популярный рок бар, в котором должна выступать группа, где играл брат одного из одноклассников Саши. Охрану молодые люди преодолели без труда. Стоило только Ивану, именно так звали парня, чей брат будет сегодня выступать, позвонить родственнику, дабы тот их встретил.

Выпив еще пару бокалов пива, кто-то из молодых людей предложил найти себе спутниц на сегодняшний вечер. Саша, который поддержал эту идею с большим удовольствием, обвел замутненными глазами помещение бара и наткнулся на красивую девушку в ярко-красном коротеньком платье. Ткачеву стоило большого труда узнать в этой представительнице прекрасного пола, девушку своего однокурсника, ну и сестру другого.

В груди парня появилось непонятно откуда взявшееся тепло. То, что Малинина ему нравилась, отрицать было глупо. Да и нравилась он не только ему. Как-то на первом курсе Саша даже предпринят отчаянную попытку пригласить девушку на свидание, но был любезно отшит, так, же как и десятки других потенциальных кавалеров.

То, что Милана находилась здесь одна, Саше это совершенно не понравилось. Не такая она девушка, что бы посещать такие места в одиночестве, да и взгляд Милы был грустным. Молодому человеку на миг даже показалось, что такие глаза должны быть у Русалочки сразу после того, как ей сообщили, что она превратиться в пену.

Руки девушки, державшие бокал с рубиново — красным вином, слегка подрагивали, да и грустные и очень испуганные синие глаза постоянно косились на столик, за которым сидели огромного телосложения два амбала. Понаблюдав немного за мужчинами, Ткачев заметил, что они следят за каждым движением девушки.

Немного пораскинув мозгами, а это Саше давалось с большим трудом — он понял, что Мила их боится. А мужики на фанатов рока не смахивают — больше на любителей тюремного шансона.

Ткачев всегда был умным парнем поэтому, недолго раздумывая, решил позвонить, что бы Милану отсюда забрали. Встал вопрос, куму стоит позвонить? Максиму — брату Милы, который обожает свою сестру до безумия, и ведь это не мудрено — они же двойняшки. Хотя иногда забота брата часто походила на заботу ненормальной мамочки. Или Барскому, который по уши влюблен в девушку.

Подумав, что Станислав не одобрил бы поход возлюбленной в такое место — вывод напрашивался один, они поругались. Поэтому недолго думая, Александр вытащил телефон и позвонил Максу.

— Алло, Макс, привет, — Поздоровался Саша и решил сразу перейти к делу. — Тут твоя сестренка в рок баре тусуется. А за ней какие-то шкафы наблюдают.

— В каком баре? — Мигом напрягся Максим, который после ухода сестры места себе найти не мог, и даже присутствие рядом Маши, девушка, которая ему безумно нравилась, не помогало успокоиться.

Саша послушно назвал адрес и название бара, Малинин быстро отключился.

* * *

Стас сегодня находился в ужасном состоянии. А как хорошо день начинался! Молодой человек до сих пор чувствовал вкус губ Миланы, такие сладкие и похожие на малинку. Тепло ее нежной кожи под своими руками. Станислав со всей силы ударил кулаком об стену, ведь говорят, что боль физическая притупляет душевную.

Ведь с Милой он поступил сегодня не просто так, а хотел, что бы девушка разобралась в себе. Ему не хотелось оставлять любимую, хотелось сжать ее в объятиях и никуда не отпускать. Если бы она попросила остаться с ней, сказала, что она его любит, он бы все ради нее сделал — даже о прошлом не стал бы спрашивать. Но Милана этого не говорила, и от этого становилось еще больнее.

— Макс, а кто это был? — спрашивал Барский, стоя около машины и дожидаясь, когда Маша поговорит с Милой.

— Бывший парень Миланы, — нервно отозвался Максим, который такому повороту событий был совершенно не рад.

— Это я понял — не дурак! — разозлился Станислав. У парня было такое ощущение, что все кроме него в курсе дел.

— Тогда зачем спрашиваешь? — Максим пнул переднее колесо машины.

— Почему вы так на него отреагировали? — Стасу очень хотелось знать правду.