– Отпусти меня, – шепнула она, хотя сама не знала, просит ли дать ей свободу или только отвести взгляд.

– Нет, – наконец выговорил Джафар. – Я никогда не отпущу тебя. Во всяком случае, пока не выполню то, что задумал.

С этими словами он поднялся и вышел из комнаты, опустив за собой занавеску и оставив девушку в полумраке.

Алисон беспомощно смотрела вслед Джафару, не в состоянии даже вытереть слезы ярости и отчаяния, ползущие по щекам. Как она ненавидит его! И как глупа, потому что колеблется прикончить этого негодяя! В следующий раз она не станет задумываться, каковы бы ни были последствия!

Однако, в который раз уверяя себя в ненависти к Джафару, девушка вновь и вновь задавалась мучительной, терзающей, настойчивой мыслью. Джафар разгневан не из-за ее очередной попытки сбежать. И даже не потому, что Алисон хотела убить его.

Как ни странно, он разъярился лишь из-за того, что Алисон собиралась покончить с собой.

Глава 11

До конца дня ни ярость, ни отчаяние Алисон ничуть не уменьшились. Когда Джафар к обеду вернулся в палатку, девушка наградила его взглядом, полным отвращения и брезгливости. Себе она поклялась, что никогда не простит его за то, что он снова связал ее, помешал сбежать и особенно за дьявольские планы заманить в ловушку Эрве и французскую армию.

Но и Джафар по-прежнему был суров. Он развязал Алисон руки, чтобы она смогла поесть, но перед уходом снова стянул веревкой.

Пришел он только вечером, мрачный, словно грозовая туча. Ужин прошел в напряженном молчании. Готовясь ко сну, Алисон подогревала собственную ярость, угрюмо размышляя о том, что, если Джафар осмелится хотя бы притронуться к ней, снова даст волю своей похоти, попытается возбудить в ней страсть, она попросту выцарапает его кошачьи глаза.

Но Джафар, если не считать того, что вновь связал девушку, больше не дотрагивался до нее и оставил кипеть от бессильного гнева. Она не могла спать и металась по постели, мешая уснуть Джафару.

– Не вертись, – наконец пробормотал тот раздраженно. – Лежи спокойно!

Алисон лишь усмехнулась, довольная, что действует ему на нервы. По правде говоря, ей хотелось досадить Джафару как можно больше.

– Почему ты так ненавидишь Эрве? – неожиданно спросила она, пытаясь всеми силами вывести его из себя и заодно узнать ответ на так долго мучивший ее вопрос.

– Это тебя не касается. Спи.

– Не касается! Как ты можешь говорить такое, когда намереваешься заманить его в пустыню и убить, да еще с моей помощью!

– Не подобает женщинам вмешиваться в дела воинов!

– Тебе стоило бы подумать об этом, прежде чем похищать меня! – вспыхнула Алисон. – Кроме того, дело не в войне! Ты за что-то мстишь Эрве!

– Я сражаюсь с французской армией. Полковник Бурмон – командир этой армии. Я встречусь с ним на поле битвы, только и всего.

– Но ты задумал убить его! Именно затем, чтобы отомстить, и похитил меня, ты сам так сказал.

Не получив ответа, девушка повернула голову на подушке, пытаясь разглядеть в полумраке лицо Джафара. Его глаза были закрыты, руки лежали на животе, словно он старался уснуть, не обращая внимания на настойчивые вопросы пленницы. Но Алисон была так же полна решимости заставить его говорить.

– Ты по какой-то причине ненавидишь его! Это твои слова: «Полковник получит именно то, что заслуживает»! Что ты хотел сказать этим?

Но Джафар снова ничего не ответил.

– Ты ведь намереваешься убить его, верно?

Молчание длилось бесконечно долго. Наконец Джафар отозвался:

– Да. Я собираюсь его убить.

– Но почему? – хрипло пробормотала Алисон. – Что он тебе сделал?

Джафар раздраженно вздохнул. Его мятежная пленница, очевидно, не собирается оставить его в покое. Но, возможно, будет лучше, если она узнает причины его ненависти к де Бурмону. По крайней мере тогда она поймет, почему Джафар не собирается отказываться от возмездия, перестанет думать о том, чтобы покончить с собой.

Вспомнив тот леденящий душу момент, когда Алисон приставила к груди ружье, Джафар невольно стиснул зубы. Его сердце, казалось, перестало биться на несколько бесконечных минут, пока Сафул не умудрился отобрать у девушки оружие. Странно, что Джафар так перепугался из-за нее, ведь собственная смерть его не страшила.

Выбросив из головы неприятные мысли, Джафар попытался объяснить Алисон Викери причину кровной вражды.