Заметив внутри какое-то движение, Алисон испуганно замерла. Вперед выступил высокий бербер в тюрбане с охапкой клинков, сабель, пистолетов и ружей в руках. Молодой человек, однако, ухитрился грациозно поклониться Джафару, несмотря на нелегкий груз, и, когда вождь резко скомандовал что-то, немедленно удалился. Однако Алисон заметила в его глазах промелькнувшее выражение любопытства. Она тоже хотела узнать, кто это. Наблюдая, как молодой человек уносит оружие, она предположила, что ему приказано приготовить шатер к ее приходу. Сама мысль об этом заставила Алисон дрогнуть. Неужели шатер станет ее тюрьмой?!

Повернувшись, она вопросительно взглянула на Джафара, но бронзовое, словно высеченное из камня лицо было совершенно бесстрастным. Она не смогла понять, о чем он думает, какой приговор собирается ей вынести.

Не глядя на Алисон, Джафар пересек шатер и откинул шерстяной занавес, за которым скрывалось еще одно помещение.

– Прошу извинить, мадемуазель, у меня неотложные дела, – не повышая голоса, объявил он. – Вы можете отдохнуть здесь.

Алисон нехотя последовала за ним. Это шатер Джафара? С крючков на столбах свисала одежда, а полосатое шерстяное одеяло, аккуратно сложенное, лежало на соломенном тюфяке.

– Я пришлю к вам слугу, он принесет все необходимое, – бросил он, отворачиваясь.

Злясь на такое неожиданно равнодушное обращение и одновременно охваченная постыдным желанием умолять его не оставлять ее одну в незнакомом месте, Алисон не смогла, однако, выдавить ни слова. Джафар молча вышел из шатра.

Оставшись одна, Алисон нерешительно оглядела спальню. В одном углу стояла незажженная жаровня, в другом – на маленьком столике – кувшин и тазик для умывания. Под столом Алисон, к своему удивлению, разглядела глиняный сосуд с крышкой, очевидно, ночной горшок. Это для нее? Значит, Джафар намеревается держать ее здесь, в плену?

Алисон снова перевела взгляд на тюфяк. Она слишком разнервничалась, чтобы последовать совету Джафара, да и в любом случае не желает оставаться здесь. И спать в его постели!

Алисон почти выскочила в переднюю комнату, без сомнения, служившую чем-то вроде гостиной. У шатра были привязаны несколько лошадей, включая ее серую кобылку и вороного жеребца Джафара. Но надежды украсть коня и сбежать не было никакой. Голубоглазый бербер охранял и вход в шатер и лошадей. Заметив Алисон, он немедленно взял мушкет наперевес, преградив ей путь.

– Eskana, – пробормотал он, знаком приказывая ей отойти. Не нужно было переводчика, чтобы понять: ей запрещено выходить из шатра.

Следующие несколько часов она металась по большой комнате, рассматривая обстановку, разыскивая оружие, которого мог не заметить молодой берберский стражник. Однако не нашла ничего. В дальнем углу Алисон обнаружила библиотеку Джафара. Невысокий столик был завален картами и несколькими переплетенными в кожу, толстыми книгами на арабском языке. К ее удивлению, там было даже несколько французских журналов.

Не понимая, зачем они ему нужны, гадая, как Джафар намеревается поступить с ней, Алисон села на подушку, ожидая его возвращения. Усилием воли она заставила взять себя в руки и попытаться сохранить самообладание. Следовало ожидать, что Джафар прикажет охранять ее, однако пока отчаиваться ни к чему. Если подумать хорошенько, пуститься на хитрость, побег все еще возможен. Кроме того, всегда есть шанс, что она сумеет подкупить кого-нибудь, уговорить передать Эрве записку. Если очень повезет, она скоро будет свободна. Наверное, дядя Оноре уже успел вернуться в Алжир и Эрве немедленно отправился разыскивать ее. И найдет, и очень скоро. Ей необходимо верить в это.

Тревожные размышления Алисон были прерваны появлением мальчика лет десяти, который, припадая на ногу, вошел в палатку с подносом в руках. Алисон испуганно вскрикнула. Мальчик был не только хромым. Лицо его изуродовал ужасный шрам, пересекавший щеку и исчезавший под тюрбаном.

Ребенок свирепо уставился на Алисон, словно запрещая жалеть его. Поняв, что ее пристальный взгляд был воспринят как оскорбление, Алисон постаралась принять спокойный вид, но он, продолжая гневно коситься на нее, нагнулся и поставил медный поднос на ближайший столик.