— Все понятно, — задумчиво сказала Сэл. — Ну, тогда послушай. Джадд заставил Гленну выйти за него замуж. Он хотел таким образом заполучить права на новый участок, который перед самой смертью застолбил Пэдди О'Нейл. Джадд пригрозил, что убьет меня, если Гленна не согласится. И тебя тоже, кстати говоря. У бедной девочки не было выбора. Джадд просто загнал ее в угол.

— И она вышла за него замуж, — закончил за нее Кейн, сожалея в эту минуту только о том, что не убил Джадда Мартина, когда у него была такая возможность. — Но почему, скажи на милость, Джадд так ни разу и не переспал с Гленной? Мне кажется, он далеко не импотент и от женщин не бегает.

— А почему, как ты думаешь, Гленна ударила его ножом?

— Джадд бил ее, а Гленна защищалась.

— Защищалась, это ты точно сказал, дьявол тебя побери! А от чего она защищалась, не знаешь, тупица? От притязаний Джадда, вот от чего! А потом, когда Гленна вернулась в Денвер под охраной Дюка, Мартин был слишком слаб, чтобы что-то с нею сделать. Пока он поправлялся, Гленна обнаружила, что беременна, и заключила сделку с Джаддом. Он не трогает ее и твоего ребенка, но, как только тот родится, Гленна становится женой Джадда — настоящей женой, понимаешь? Правда, Гленна не собиралась выполнять свое обещание. Ей просто нужно было выиграть время, чтобы спасти ребенка. Твоего ребенка, осел!

Кейну нечего было сказать. Он только сидел и моргал глазами.

«Это я во всем виноват, — думал он про себя. — Правильно Сэл называет меня ослом, я и есть осел. Бросил Гленну — уже во второй раз! — в самую тяжелую минуту! Негодяй!»

Затем Кейн тяжело вздохнул и сказал, испытывая отвращение к самому себе:

— Я не стану винить Гленну, если впредь она никогда не захочет меня видеть.

— Она любит тебя, — ответила Сэл. — Скажи, что ты теперь собираешься делать? Джадд может вернуться в любую минуту.

— Убью Мартина и сделаю Гленну вдовой, — мрачно сказал Кейн.

— И пойдешь за это на виселицу, — осуждающе продолжила Сэл. — А кто тогда позаботится о Гленне и о малыше? Гленну нужно увозить из города, и как можно скорей.

— Ты права, Сэл. Нужно спасать Гленну. А убить Мартина… Хотелось бы, конечно, но не время. Я увезу Гленну из Денвера. — И Кейн решительно направился к двери.

— Подожди, Кейн! Гленну охраняет человек Джадда.

— С ним я разберусь, — заверил Кейн от порога. — Насколько он предан Мартину?

— Мартин платит ему деньги, и этим все сказано, — ответила Сэл и не без ехидства спросила: — Может быть, ты богаче, чем Джадд Мартин?

Кейн стоял возле дома Гленны, не обращая внимания на разыгравшуюся метель, и с нетерпением ждал минуты, когда погаснут последние огни в комнатах для прислуги. Адрес Гленны ему дала Сэл. Время перевалило уже за полночь, и на заснеженных улицах Денвера было пустынно и темно.

Наконец все огни погасли, и Кейн, решив, что прислуга наконец разошлась по домам, вытащил из кармана ключ от черного хода. Ключ ему дал Берт, чья преданность Джадду моментально сменилась преданностью новому хозяину, как только была названа сумма, которую тот собирается платить за услуги. Деньги у Кейна были.

Осторожно пробравшись к черному ходу, Кейн нащупал замочную скважину, вставил в нее ключ, повернул его и потянул дверь. Та повернулась на хорошо смазанных петлях и открылась, не скрипнув. Кейн зажег спичку, разглядел, как пройти через кухню к лестнице, а дальше уверенно пошел в темноте. Расположение комнат ему очень точно описал все тот же Берт.

Гленна спала чутко, продолжая даже во сне бесконечный диалог с самой собой: «Кейн, почему ты даже не захотел выслушать меня? Кейн, почему ты меня не любишь? Кейн, Кейн, Кейн…»

Все мысли Гленны были полны Кейном, и ей казалось, что даже во сне она продолжает слышать его голос.

Или это уже не во сне?

— Гленна, просыпайся, прошу тебя!

Она села, подтянула к груди одеяло, пытаясь понять, почудилось ли ей, или в самом деле по ту сторону двери раздается знакомый, любимый голос:

— Гленна, проснись!

Она быстро соскочила с кровати и пошла к двери, волоча за собой по полу одеяло. Она знала, что дверь заперта, и потому приближалась к ней без опасения, но со странным волнением в груди. Знакомый голос позвал ее еще раз, и сердце Гленны наполнилось радостью.

— Кейн, это ты? — спросила Гленна.