— Я придумаю что-нибудь, — со спокойной уверенностью заявил Лайон. Резко повернувшись, рыцарь вышел из комнаты.

Лев медленно пил эль, раздумывая о событиях нескольких прошедших дней. На следующий день после отказа перейти на сторону Малькольма его рыцари были брошены в темницу. Прекрасно зная, что Лайон является умелым воином и хорошим организатором, король Шотландии счел необходимым выставить у его дверей охрану до тех пор, пока не состоится свадьба Блэкхита и Арианы. Такого шага от Малькольма норманн не ожидал.

К сожалению, у него не хватило денег, чтобы подкупить всех воинов Малькольма, он был один среди множества врагов. Блэкхит из кожи вон лез, чтобы Ариана и Лев не встречались. Не доверяя алчным и вероломным наемникам, Эдрик поставил рыцаря из своего отряда у дверей леди Крэгмир, положив тем самым конец ночным визитам норманна.

Дни летели с ужасающей быстротой, подготовка к свадьбе, которой руководила королева Маргарет, шла полным ходом. Замок привели в порядок, вычистили все плиты и отполировали медные ручки. Пол устлали ароматными травами, занавески и гобелены вычистили и высушили на солнце. Целая армия слуг без устали трудилась на кухне, готовя праздничный ужин.

Накануне свадьбы в зале собрались придворные, намереваясь за ужином обсудить предстоящее торжество. Лайон горящими глазами смотрел, как в зал вошла Ариана рука об руку с Эдриком. На ней было красивое зеленое бархатное платье, отделанное горностаем, перехваченное на талии отделанным золотом поясом. Серебристые волосы покрывала тонкая белая накидка, которая крепилась золотым обручем, инкрустированным жемчугом. Она взглянула на мужа, затем отвела глаза. Девушка знала, что он в отчаянии, однако сама находилась на грани нервного срыва. Теперь ничто не в силах ей помочь.

Эдрик не был ни жестоким человеком, ни мстительным, Ариана понимала, что он будет относиться к ней с уважением и добротой, однако любви к нему не испытывала, И Блэкхит также не любил ее. Леди Крэгмир видела, как он все эти дни отыскивал взглядом леди Забрину, как смотрел на нее. Да, она представляла лакомый кусочек, и Эдрик наверняка сожалел, что отказался от нее. Может, поначалу сакс и был увлечен Арианой, но теперь только играл роль преданного влюбленного жениха для того, чтобы угодить Малькольму, Баронесса пыталась убедить его, что они оба пожалеют о таком необдуманном поступке, однако упрямец отказывался слушать, говоря, что этой свадьбы хотели их родители. Ужин превратился в настоящее празднество.

Шотландцы без устали поднимали чаши за здоровье невесты. Жонглеры и музыканты тешили своим искусством изрядно подвыпивших гостей. Некоторым было уже не до развлечений, и к концу вечера большинство рыцарей Малькольма громко храпели за столом, Лайон пил мало, потягивал эль словно человек, которому суждено умереть на рассвете. Он вновь и вновь размышлял над создавшейся ситуацией и никак не мог найти выход. Почти все его люди томились в темнице, от них помощи ждать не приходилось. В одном мужчина был уверен: женщина, которую он любит, никогда не выйдет замуж за другого.

Малькольм весь вечер наблюдал за норманном и хвалил себя за хитрость. Он все равно заставит Льва принести ему клятву верности. Теперь, как ему казалось, настало время для решительных действий. Встав, он поднял кубок:

— У меня возникла оригинальная мысль.

Отыскав глазами Ариану и Эдрика, затерявшихся в толпе придворных, король знаком приказал им подойти.

Девушка застыла, растерянно глядя на Лайона в поисках поддержки. Поскольку свадьба должна состояться не раньше завтрашнего утра, оставалась пусть слабая, но все же вера в чудо, но шотландец положил конец ее надеждам:

— Пошлите за священником! Такое пышное празднество должно закончиться знаменательным событием. Свадьба состоится сегодня! — воскликнув эти слова, он взглянул на Лайона. Большинство присутствующих считало, что рыцарь пьян, но король был слишком наблюдателен, чтобы поверить внешним признакам опьянения. Малькольм прекрасно знал, что делает:

— Я хочу, чтобы Норманнский Лев присутствовал на первой брачной ночи и сам убедился, как счастливы молодые.

Священник, потирая со сна глаза, подошел к королю.

— Вы звали меня, сэр?