Ной вышел из ванны в футболке с треугольным вырезом, джинсах и легких кроссовках. Волосы все еще были влажными после нашего утреннего душа и торчали в разные стороны. Он явно решил на время отказаться от бритья, но я не жаловалась. Мне нравилась его колючесть.

— Тебе не кажется, что для офиса ты одет несколько свободно? — улыбнулась я, запихивая его рубашку и последние свои одежки в дорожную сумку.

Он обнял меня за талию со спины и крепко прижал к себе. Я почувствовала легкий запах одеколона и жидкого мыла и сделала глубокий вдох, чтобы сохранить в памяти каждый его оттенок. Как будто я могла его забыть!

— Да, но для того, чтобы отвезти свою девушку домой к ее родителям, это самый подходящий наряд.

Я накрыла его руки ладонью и повернула к нему лицо.

— Решил сегодня прогулять?

— Ага. — Он поцеловал кончик моего носа. — Хочу провести с тобой каждую оставшуюся секунду. «Алый лотос» простоит еще день без меня. — Ной уперся подбородком мне в плечо и посмотрел на сумку. — Как тебе удалось все свои вещи туда запихнуть?

— Я не все взяла, — пожала плечами я. — В Хиллсборо вполне можно обойтись без вечерних платьев. Это маленький городок, у нас даже некуда выйти. Ты можешь себе представить меня на шпильках и в мини-юбке в каком-нибудь магазинчике?

Ной мечтательно погудел и толкнул меня бедрами. Я поняла это как «да», и маленькая потаскушка у меня между ног тоже. Суперкиска заурчала и изо всех сил постаралась заставить меня потереться о его тело, как сделал бы котенок, ищущий внимания. Ной, конечно, не остался бы безучастным. Но в таком случае мы рисковали вообще не выйти из спальни. Не то чтобы я боялась очередной встречи с Чудочленом, но мама нуждалась в помощи, а отец заслужил отдых.

— Если ты еще раз так сделаешь, мы никогда не выберемся отсюда, — предупредила я.

Суперкиска так и взвилась: «Дура, нам же это и нужно! Господи, да вынеси ты ему мозги на хрен!»

Понимая, что и правда собрала слишком мало вещей и желая подольше побыть с Ноем, я вздохнула.

— Мне все же придется зайти в магазин. Ведь ты выбросил все вещи, в которых я приехала.

Ной уткнулся лицом в мое плечо и застонал, заставив меня рассмеяться. Он явно чувствовал себя придурком из-за этого, и мне это показалось ужасно трогательным. Я повернулась, не размыкая его рук, и приложила ладони к его щекам.

— Я люблю тебя, — напомнила я.

Ной посмотрел на меня обожающим взглядом.

— И я никогда не устану слушать, как ты это говоришь. Вот, — сказал он, доставая из заднего кармана бумажник. Из него он вынул маленькую черную карточку и вложил ее мне в руку. — Покупай себе одежду и все, что будет нужно.

— Кредитка, Ной? Ты не думаешь, что уже дал мне достаточно?

— Э-эй, — он взялся за мой подбородок пальцами. — Кажется, мы уже через это проходили. Ты моя женщина, я должен о тебе заботиться. И не вижу тут ничего смешного.

Он чмокнул меня в щеку, взял мою сумку и набросил себе на плечо. Потом протянул мне руку.

— Готова?

Я взялась за его руку. Пусть я понятия не имела, что нас ждет впереди, но твердо знала: пока он держит меня за руку, я пройду с ним через самую темную ночь, ведь где-то в конце этого путешествия нас ждет свет.

У самой двери Ной вдруг остановился и развернулся.

— Что? — спросила я, удивившись, что он замер на полушаге.

Ной вернулся к столику у кровати, выдвинул ящик и опустил в него руку. Недовольно сдвинув брови, вынул вибратор — свой подарок, который мы прозвали «Пуля Кроуфорда».

— Ты, кажется, что-то забыла.

— Не думала, что он мне понадобится, — смешалась я.

Он хмыкнул и засунул его в сумку.

— Понадобится, понадобится.

Он был счастлив, и я напомнила себе, что это моя заслуга. Суперкиска в свою очередь напомнила мне, что она тоже имеет к этому отношение, и, вероятно, была права, но я мысленно ответила ей, что нас с Ноем теперь связывает не только секс. Нет, я не требовала от нее, чтобы она повесила на гвоздик свои туфли на шпильках или пожертвовала для бездомных свой наряд «женщины-кошки». Когда-нибудь они еще пригодятся — в этом я не сомневалась.

Моя сумка отправилась в багажник, мы с Ноем сели на заднее сиденье, машина тронулась, я обернулась, чтобы еще раз взглянуть на удаляющий дом. Почувствовав мою грусть, Ной приобнял меня и притянул поближе, чтобы я могла положить голову ему на плечо.