— Я принимал участие в подавлении восстания сипаев в Индии, был ранен, неопасно. Но самую большую рану получила душа — моя жена погибла в результате волнений в стране, и я не мог больше там оставаться, — Колин не любил разговаривать на эту тему, но в данном случае эта страница его жизни могла сыграть ему на руку.

— Примите мои искренние соболезнования, — ответила ему Мартиника, взглянув на своего спутника по-новому. Тот промолчал в ответ, и продолжил смотреть в другую сторону.

Приблизившись к берегу озера, раскинувшегося в глубине поместья Шератон, путники спешились и привязали лошадей. Мартинике хотелось пройти вдоль берега, и полюбоваться видами. Она не часто бывала здесь, особенно учитывая количество дел, которыми ей приходилось заниматься последние годы. Сейчас она была даже рада, что ее сопровождал лорд Уэльс, потому что Лесли не умел ездить верхом. И хотя Мартиника испытывала к нему безотчетное недоверие из-за факта его родства с Клотильдой, понимала, что несправедливо переносить свою неприязнь к сестре на брата.

Они гуляли в тишине, никто из них не хотел нарушать сложившегося молчания. Наконец Мартиника решила сделать это первой.

— Что вы хотели со мной обсудить, милорд?

— Почему вы считаете, что я хочу что-то обсуждать?

— Перестаньте притворяться! Ваша сестра пригласила вас в поместье с целью добиться моего расположения, поскольку слишком большие деньги поставлены на кону. Вы же не будете отрицать этого факта?

— Не буду, — ответил ей Колин, проникновенно глядя в глаза. Мартиника отметила, что взгляд его отличается некоторым магнетизмом.

— Я готова выслушать ваши предложения относительно сложившейся ситуации, — произнесла она на одном дыхании, поскольку решила не идти на поводу у окружающих. Зачем все эти игры? Всем итак понятно, зачем приехали эти незваные гости.

Вместо ответа, Колин приблизился к ней, и, взяв за подбородок, аккуратно прикоснулся своими губами к краешку ее рта. Мартинику это привело в ступор, потому девушка не предприняла попыток отстраниться. Лорд Уэльс расценил это как согласие, и продолжил наступление, на этот раз он втянул ее нижнюю губу в свой рот, проводя кончиком языка по ней, руки же его переместились на ягодицы герцогини, прижимая ее к себе, а язык проник в приоткрытые уста. Но тут к Мартинике вернулась способность двигаться, она резко прервала его поцелуй и отстранилась.

— Я, кажется, не давала никаких поводов для этого, — проговорила она, и Колин отметил, что даже ее дыхание не сбилось с мерного ритма. «Что ж, возможно, виконт не так уж не прав в своих ожиданиях».

— Прошу прощения, но это и было то, что я хотел с вами обсудить, — улыбнулся он ей улыбкой искусителя, — кроме меня самого — мне нечего вам предложить! Ваш выбор сейчас ограничен лордом Базелем, развитие которого остается на уровне десятилетнего мальчишки и виконтом. Но как я слышал, последний весьма некорректно повел себя в прошлом, что должно снизить его ценность в ваших глазах. У меня же только один недостаток — я имею несчастье приходиться родственником герцогине Сомерсет, которую вы искренне недолюбливаете. И поверьте, как ее родной брат, я отлично знаю почему! Но дайте мне шанс, ваша светлость… Я не буду врать, что увидев вас, навсегда потерял покой, не буду говорить о любви, которой не испытываю. Но я вижу перед собою очень красивую и темпераментную женщину, которая меня привлекает. Считаю, что это уже неплохой фундамент, на котором можно построить брак. Я могу быть очень обходительным, и поверьте, мир чувственных наслаждений, который откроется перед вами стоит того, чтобы выйти за меня замуж.

— Вы хотите сказать, что лорд Лесли также ухаживает за мной? — оставив без комментариев его предложение, произнесла потрясенно Мартиника.

— Да, безусловно. Просто делает это единственным известным ему способом — находится всегда рядом, куда вы не пошли. Мне было бы его безмерно жаль, но вот уже который день он не оставлял вас наедине ни секунды, поистине навязчивый малый. Сегодня пришлось помочь ему удалиться со сцены, — произнес Колин раздраженно, недовольный отсутствием реакции Мартиники. «Похоже, Ландману тоже ничего не светит. Просто, несмотря на свой взрывной характер, внутри герцогиня — сплошной кусок льда».