Она усмехнулась про себя. Не смогла. Доверилась, отдала душу и тело. Пусть хоть паспорт останется при ней. Такая вот женская прихоть. Мяу.

В кухню, потирая кулачком заспанные глаза, вплыла Маша, села за стол, положила руки на него и устроила лохматую головку сверху, пробормотав:

– Мам, ты существуешь…

– Не поняла, – Вера от неожиданности вылила на сковороду больше теста, чем следовало для оладушка нормального размера.

– Я уже забыла, как ты выглядишь, – она открыла один глаз, посмотрела на маму, улыбнулась. – Ты сегодня красавица.

– Прости Машук, заработалась, обещаю исправиться.

– Да нет, всё нормально. Ты мне такой нравишься больше, знаешь, как бабушка тебя называла раньше? – девочка задорно захихикала.

– Ну просвети несведущую, – Вера поставила на стол тарелку с оладьями, щедро политыми сметаной.

– Моль бледная.

– Ну спасибо девочки, обласкали, – буркнула Вера скорее для проформы, чем на самом деле.

– Так это ж, когда было! Мам, – девочка подняла на Веру свои глазенки и с совершенно серьезным видом спросила, – ты влюбилась? Это правда?

Вера покраснела, выдав себя этим с потрохами, но поинтересовалась:

– Кто тебе это сказал?

– Бабушка. Она вчера долго перед иконой молилась, а потом говорит: «Ну слава богу, Верушка теперь не одна будет, мужчина в доме это ж какое счастье».

Вера села на стул, поставила локти на стол, а подбородок на сложенные в замок ладони.

– А ты что сама об это думаешь? – не стала отнекиваться Вера.

– Папу жаль конечно, – опустив глаза сказала Маша, помешала чай маленькой ложечкой, отложила её и снова посмотрела на Веру. – Я с ним буду видеться?

– Конечно! – не задумываясь, ответила удивленная Вера. – Он твой отец и всегда им будет, как бы мы с ним друг к другу не относились.

Девочка улыбнулась и довольно прощебетала:

– Тогда знакомь!

– Что? – Вера остановила руку с оладьей на вилке на середине пути ко рту.

– Познакомь меня со своим, как говорит бабуля, «счастьем».

Вера положила продукт собственного кулинарного искусства в рот, задумчиво прожевала. Про такую очевидную вещь она забыла.

– Это твой начальник, да?

Вера подавилась, откашлялась, а потом рассмеялась.

– Ничего от тебя не скроешь.

– Его немного переодеть и будет ничего, клёвый, – уверенным тонов произнесла дочь, уплетая мучные изделия.

– Это точно, – пробормотала Вера, подняв банку со сметаной поближе к глазам.

Ну да, так и есть. Просроченная.

– Маш, – она вытащила упаковку активированного угля, выдавила пару таблеток себе и дочке. – Сметана испорченная, больше не ешь.

– Да вроде неплохая.

Во рту появился горький вкус, и Вера еле успела добежать до заветной комнаты. Отдышавшись и умывшись, она заглянула на кухню, где Маша весело отсалютовала ей чашкой со Гарри Поттером.

– Сейчас я с бабулей соглашусь, – прокомментировала Маша возвращение Веры на кухню.

– В каком смысле?

– В смысле бледности.

Вера вернулась в ванную, внимательно посмотрела на себя в зеркало. Внутри что-то с глухим звуком ухнуло. Она на автомате открыла правый ящик ванного шкафчика и с совершенно идиотским видом уставилась на непочатую упаковку прокладок. Нет, не может быть, это просто сбой из-за усталости. Хотя… Её вырвало после чтения воспоминаний у покойника! Ловчий гарантировал, что это безобразие прекратится, как только…

– Маш! Собирайся! Я тебя до бассейна провожу.

– Я могу сама, здесь же недалеко.

– Мне по делам нужно тоже выйти.

– Ок, мамуль, пятнадцать минут, и я готова.

Через два часа она вышла из клиники женского здоровья с характерной распечаткой на руках. У неё будет ребёнок.

Глава 41

Вера сидела в кабинете, откровенно скучая уже три часа. Первоначальное желание обрадовать новоявленного отца сменилось разочарованием ввиду отсутствия оного на рабочем месте, а потом и злостью, когда услышала в телефонной трубке «занят», причём в какой-то ненормально-агрессивной форме. Передумав кучу возможных диалогов, в конце концов Вера ударилась в полную апатию. Как он вообще отреагирует на подобную новость? Может статься, ребенок ему вообще не нужен, ведь не заикался же, да и с её дочерью знакомиться не стремился. Но замуж то ведь звал! Третьего дня как! Вера мерила шагами кабинет, когда заглянул Иван:

– Вера Павловна, там посетитель.

– Кто? А, давай сюда его, какая разница кто, – ответила Вера, думая о своём.