Тем временем я осмотрелась. Комната, в которой я оказалась, не была мне знакомой, ровно, как и эта женщина. Обычно, когда мне что-то снится, я могу узнать местность или какие-то детали, потому что они намешаны из моих воспоминаний. А на этот раз все как-то иначе. И ощущения уж очень реалистичные.

Это была спальня, вот и все, что можно было сказать со всей уверенностью. И то, только потому, что там была кровать. Стиль комнаты был мне незнаком. Очень уж фантастический, какой-то. Всюду были растения. Такое ощущение, что я проснулась в ботаническом саду. Горшки стояли и на полу, и на столе, и на стульях… Даже с потолка свисали растения. Может, я вижу сон про эльфов? В голову не приходят большие любители природы, чем эти создания. Но, наверное, у них бы все росло без горшков, просто из стен. А тут только впечатление такое создается. А если присмотреться…

Мебель под всеми горшками благородная, красивая… была когда-то. Наличие цветов явно не пошло ей на пользу. Если бы не сон, казнила бы того, кто такое здесь соорудил.

В двух метрах от меня стояло ростовое зеркало. Его было довольно сложно заметить в этой зеленой чаще. Еще раз глянув на волосатые ноги, мне захотелось проверить, где еще что повырастало, и я незамедлительно подошла к нему.

Красивая фигура моя никуда не делась, правда, ее было тяжело распознать под бесформенным балахоном, видимо служившим мне во сне ночнушкой. Я в таком бы никогда спать не легла. Обычно либо голая, либо в шелке. Но уж точно не в этой безвкусице. Вместо головы у меня была какая-то пальма. В буквальном смысле слова. Раскидистые ветви закрыли всю верхнюю часть зеркала, поэтому пока что мне удалось полюбоваться только волосатыми ногами в ужасной пижаме.

Должна отметить, что со стороны ноги выглядят еще хуже, чем вблизи. Скорее бы пришла моя служанка.

Может, у меня и брови отросли? Или еще чего хуже… Усы!

От одной только мысли начало подташнивать. Я принялась активно отодвигать листву, но она уперто возвращалась на свое законное, как ей казалось, место. Бросив попытки победить в этом неравном бою, я просто присела на корточки. Наконец, в зеркало видно меня всю. Или нет…

Это была не я. Точнее, вроде как бы все же я, но…

Я наклонила голову вбок, и отражение сделало тоже самое. Выровняла голову и снова все повторилось. Я точно сплю. В отражении была почти я. Девушка, смотрящая на меня из зеркала, была прекрасна, как и я, но не я. Мои зеленые глаза, мои пухлые губы, мои пышные каштановые волосы, но все это вместе не я.

Даже родинка над губой вроде моя, но то ли меньше, то ли изящнее.

Единственное, что кардинально отличалось от меня — татуировка на кисти левой руки. Это был тоненький месяц, практически незаметный. Поначалу я подумала, что на моей руке волосинка, но нет. Зачем иметь такую странную татуировку? Даже во сне это казалось нелепым, но стереть ее не получалось.

Я смотрела на себя и не могла понять, как это могу быть я из мелочей, но не я в целом. Плюс, девушка, смотрящая на меня, была младше. Ей было максимум лет двадцать. Это даже приятно, но ощущение чего-то неправильного не покидало. Взгляд скользнул на шею, и я увидела его. То самое колье. Я погладила камень пальцами.

— Бред какой-то.

— Ваше Вашество, я принесла, — наконец, вернулась моя… кто там она мне. В руках у нее была небольшая деревянная мисочка с чем-то белым и очень неприятно пахнущим.

— Что принесла?

Жижа вызывала подозрение. Пусть и сон, но рисковать мне не нравится.

— Как что, Ваше Вашество. Ну пройку, конечно. Сами ж попросили.

— Пройку?

Женщина возмущенно посмотрела на меня и показательно поджала губы.

— Я, пожалуй, пройку унесу.

— Нет, нет. Я пошутила. Давай свою пройку. Что делать?

Все еще недовольно, но женщина подошла и указала мне на кровать. Я решила не спорить и послушно вернулась на место. Непонятно откуда в руках у моей служанки появилась небольшая кисть, больше напоминающая мазок для бритвы. Обильно обмакнув ее в жижу, она начала смазывать мои ноги, затем руки и, после небольшого сражения с моим недоверием, усики на лице. Сначала ничего не происходило, но буквально через десять секунд все начало печь.

— Ай! — громко заявила я о своем дискомфорте. — Ай-яй-яй!

— Терпите, Ваше Вашество. Еще девять, восемь, семь…