- Ты чего? Так сильно испугалась? – с напускным весельем поинтересовалась Яна.

Блондинка замерла и несколько раз протерла лицо руками.

- Да нет. Все как-то забывается, - она хмурилась в попытке зацепиться за воспоминания.

- Так действует их зов. Стоит выйти на свет, как все стирается, - с облегчением произнесла колдунья.

Марина потрясла головой и, убедившись, что от чар кикимор не осталось и следа, расслабилась.

Дорога назад отчего-то казалась намного длиннее. Хотя, быть может, все дело в том, что блондинке тяжело давался каждый шаг, и она то и дело морщилась. Заприметив пенек, девушка, обрадовавшись, уселась на него.

- Давай немного передохнем, - взмолилась она.

- Нельзя, - мрачно произнесла Яна. – Дотянем до темноты – тогда пиши-пропало.

Содрогнувшись, Марина с трудом поднялась на ноги.

Чтобы хоть как-то поднять себе настроение и отвлечься, блондинка выудила из сумки пару яблок. Передав одно сестре, она с наслаждением впилась в румяный плод.

Яна придирчиво крутила в руках фрукт, пристально рассматривая его. У колдуньи вызывал подозрения его золотистый отблеск.

- А где ты его сорвала? – принюхиваясь к яблоку, поинтересовалась девушка.

- Я не рвала. Они под яблоней валялись, - прожевав, отвечала Марина. – Ну и что, что битые! Хорошие же!

- Хорошие, - думая о своем, пробормотала шатенка. – А под какой яблоней?

Оглянувшись на блондинку, колдунья обнаружила вместо сестры девчушку лет десяти. Светловолосую, голубоглазую, так поразительно похожую на…

- Марина! – вскрикнула Яна, обомлев.

- А? – девчушка хихикнула.

- Да е мое! – сокрушенно вздохнула колдунья. – Бабушка нас точно прибьет!

- У меня ножка болит! – тут же заныла маленькая Марина. – Мне больно идти! Хочу к маме! – и слезы вновь градом принялись стекать по ее розоватым, пухленьким щечкам.

В панике глядя на то, как заходится рыданиями ребенок, Яна испытала невольное желание вновь вернуться в обитель теней. Там ей, по крайней мере, было все понятно, она знала законы колдовского мира. Но что делать в этой ситуации, не имела ни малейшего представления.

- Ну, не плач, - неуверенно, морща носик, протянула Яна. – Пошли домой.

- Хочу домой! – явно имея в виду родительский, еще пуще завелась маленькая Марина. – Ножка болит!

Почесав затылок, колдунья принялась думать, как же ей успокоить девчонку. Но та сама прекратила плакать, как по щелчку, заметив выбежавшего в ним лесного зверька.

- Зайчик, - шмыгнула маленькая Марина носом.

- Да! Зайчик! А хочешь, я тебе еще курочек покажу? – сообразила Яна.

- Хочу! – начала приходить в себя девчушка.

- Тогда пошли! – бодро скомандовала колдунья, но, уловив вновь скуксившееся лицо сестры, поспешно произнесла, - я тебя понесу!

Лицо малышки тут же расцвело от широкой улыбки. Глазки хитро сверкнули. Она ловко, как все дети, взобралась на спину шатенки и обхватила своими тоненькими ручками ее шею.

- Держи крепче! – наказывала Яна, передавая ей в ладони корзинку с травами.

А сама девушка гадала, какое наказание ее ждет от бабушки Липы, ведь это она недоглядела за сестрой, которая мир-то их до этого лета видала только на страницах в книжке.

Тяжело вздохнув, Яна двинулась со своей ношей к выходу из леса, про себя отметив, что, на самом деле, Марина очень даже удачно обернулась ребенком. Все-таки ее пострадавшая нога здорово их тормозила, а, между тем, солнце клонилось к горизонту, надевая свой алый пеньюар.

Глава 15

- Это что такое? – оглядывая сильно помолодевшую внучку, прищурилась бабушка Липа. – Я же вас за колдовской травой посылала. А это что?

Признавая свою вину, Яна стояла, опустив голову, и даже не препиралась. Маленькая Марина же больше была занята плетением венка из цветов с клумбы, чем какими-то там взрослыми глупостями.

- Вот за все, что она набедокурит, ты лично отвечать будешь! – погрозила пальцем старушка. – Пошли, поможешь мне, - заходя в дом, позвала она внучку.

- А она как же? – кивая на сестру, задала вполне резонный вопрос Яна.

- Да что ей будет уже, - махнула рукой древняя колдунья.

Бросив последний взгляд на девчушку, шатенка, тяжело вздохнув, последовала за бабушкой.

- А где Саша? – вдруг вспомнила о существовании еще одного помощника девушка.