– Тоха сказал, ты теперь модный фотограф, – говорит Дима, когда мы отъезжаем. Маша увлечённо рассматривает плотную книжку, которую он ей подарил. Пожимаю плечами, ловлю его взгляд в зеркале.

– Пару раз сняла богатую пару, пока заказы с неба не сыплются.

– Хорошо заплатили?

– Хочешь заглянуть в мой кошелёк?

– Ну, зачем ты так? – укоряет, а мне становится стыдно. Ему правда интересно. Вижу же.

– Заплатили за новогоднюю сессию, за новую пока только аванс.

– На обновки хватило, – замечает небрежно. Вспыхиваю, но отвечаю холодно:

– А я в обносках ходить должна? – не собираюсь объяснять, что вещи с чужого плеча, и что их мне на несколько лет может хватить. Ну, на пару-тройку точно, если носить аккуратно.

– Почему ты каждый вопрос воспринимаешь в штыки? Я просто рад за тебя, рад, что у тебя всё хорошо.

Должна ли я ответить тем же? Могу ли ответить? Закапываюсь вглубь себя и понимаю, что мне, в общем-то, плевать, хорошо у него или плохо. Ушёл, и Бог с ним. После того, как забрал тапочки, я собрала все вещи, вплоть до запонок, лежавших с моими украшениями, в чёрные пакеты, и заставила забрать. Потом сделала генеральную уборку, и показалось, что квартира другими красками заиграла. Исчезли совместные фотографии, вместо них теперь висят фотографии детей и природы. Ушли громоздкие книги, которые он зачем-то покупал и не читал. Испарились инструменты, заполонившие балкон и периодически перетекающие в комнаты. И мне плевать, куда и как он это разместил в новой семье.

– А у нас тоже новый заказчик. Крупный, – говорит Дима, поняв, что от меня никакой реакции не дождётся. – Помнишь, я пытался связаться с «Алконом», а они постоянно бородили? Короче, Пашка…

Слушаю вполголоса. Конечно же помню, и да, рада, что он получил новый контракт. Но это уже не трогает до той глубины, до которой тронуло бы прежде. Киваю, иногда вставляю междометия, на самом деле слушаю, только не интересно. Мне совсем не интересно.

Осмотр проходит в плановом порядке, можно выдохнуть. Маша растёт и развивается, как положено любому здоровому ребёнку, пока нет причин для паники и страха. Целую дочку, а сама дрожу, отпуская, медленно разжимая сжатую до предела пружину. Пока сидели в очереди, со мной связалась секретарша Тимура. Уточнила, могу ли сегодня встретиться. Я ответила, что со мной маленький ребёнок, поэтому придётся перенести. В ответ Тимур позвонил сам.

– Моя помощница посидит с вашей дочкой, – сказал после приветствия. Удивил, нечего сказать. – Я отниму лишь полчаса вашего драгоценного времени.

Как тут возражать? Пришлось согласиться. Я даже не удивилась, когда увидела перед детским медицинским центром шикарную машину бизнес-класса. Даже модель не знаю, знак незнакомый. Дверь распахивается, на заднем сиденье – Тимур. Поражённо распахиваю глаза: в углу явно только что купленное детское кресло.

– Кто это? – недовольно спрашивает Дима. Я бы сейчас с радостью с ним поехала, а не села в машину, которая выглядит так, словно собирается вести на ужин к дьяволу.

– Заказчик, – отвечаю нервно. Невольно прижимаю Машу к себе.

– Мы можем просто поговорить в машине, – говорю, сглатывая.

– Тогда я не смогу угостить вас лучшим кофе в нашем городе. – Тимур выходит из машины, сдвигается в сторону. Склоняет голову набок. – Ну, же, Анна, не бойтесь. Я не собираюсь вас кусать. По крайней мере, при ребёнке.

Буквально чувствую, как вспыхнул Дима. Ревнует? Это становится решающим фактором. Усаживаю Машу в кресло, сажусь сама. Тимур – рядом, почти касаясь бедром бедра. Захлопывается дверь, машина плавно трогается с места.

– Рад, что вы приняли моё приглашение. Надеюсь на наше плодотворное сотрудничество, – улыбается Тимур.

Он сидит близко, даже слишком, несмотря на широкий салон. Запах дорогого парфюма разлит в воздухе. Смотрю на ровную строчку на воротнике его пиджака, поднимаю глаза. Хищник. Страшно. Но рядом Маша, и хочется верить, что ничего плохого не случится.

Глава 24

Аня