Совсем забыл, что мама могла прийти с Никитой. А тут ещё и Аня вернулась так не вовремя! И чего Риту потянуло с нами на каток? Хорошо хоть не стала подходить и знакомиться, вот это был бы цирк. И так несколько мужиков подошли и спросили, что за девушка рядом, сестра новая объявилась? И куда Аню дел. А она изменилась. Хоть и в шапке, а заметил, что причёску сменила. Ей очень шла коса, но так – непривычно и необычно.
– Значит, мы завтра поедем знакомиться. – Рита смотрит прямо перед собой, стоим в привычной пробке. – А что твоя бывшая сказала про меня?
– Почему она должна была что-то мне говорить?
– Не знаю. Что, даже не спросила, почему я приехала?
– Разве это не логично? Чтобы посмотреть на игру. – Не понимаю, что она из меня вытрясти пытается. Аня не из тех, кто будет скандалить, рвать волосы и орать на весь двор. Она бы, думаю, и говорить с ней не стала, если бы подошла. Про квартиру, конечно, отшила круто. Хотя понимаю, я бы тоже не хотел, чтобы в нашей квартире чужой мужчина появился.
– Она у тебя прям идеальная такая, да? И без скандала отпустила, и про новую любовь не спрашивает, и чай в термосе приносит…
– Ты чего завелась? – смотрю удивлённо. С полоборота, на ровном месте. – Да, такая она. Не идеальная, просто характер такой.
– Ничего. – На её глазах вдруг ярко блестят слёзы. Паркуюсь у тротуара.
– Рит, ты чего?
– Ничего. – Она всхлипывает, смахивает слезинку. – Просто она такая вся… С термосом этим, спокойная. Благородная вся из себя такая! И я!.. Я как дура себя чувствовала, когда её увидела! Ещё мама твоя… Я просто…
Плечи начинают дрожать. Обнимаю, прижимаю к себе. Глупая. Нашла из-за чего расстраиваться.
– Успокойся. Мама тебя обязательно примет. А об Ане тебе вообще не надо думать, это моё прошлое, не твоё.
– Но ты к ним подошёл… с ними чай пил, а я сидела одна… в машине… – Плач становится громче. Вздыхаю. Этого мне ещё не хватало.
– Рит, – говорю мягко, – Аня – ещё и мать моих детей. Я буду с ней общаться вне зависимости от твоих желаний.
– Понимаю. – Рита постепенно успокаивается. Насколько раз всхлипывает. – Но я тоже мать твоего будущего ребёнка, может, тоже не одного.
– И я тебя люблю, – говорю и легко целую. – Помни это.
– Помню. – Новый трогательный выдох и тихий всхлип. – Прости, это всё гормоны. Не могу их контролировать.
– Я понимаю, – киваю. Да, Аню тоже подкидывало на эмоциональных качелях, когда с Машей ходила. Главное, чтобы завтра у мамы не разрыдалась, тогда точно добра не жди. Мама ясно дала понять, что не одобряет Риту, и придётся приложить все усилия, чтобы она её не довела завтра до слёз.
Глава 19
Дима
– Рит, прекрати ёрзать, всё нормально будет.
Смотрю на неё – уже извелась вся. Вертится ужом на сиденье, грызёт ноготь.
– Никто тебя не съест. Успокойся уже.
– Тебе легко говорить, вот когда мы к моим поедем, посмотрю, как будешь нервничать.
– Не буду.
Мама – такой же человек, как все. Да, резкая, этого не отнять. Кошусь на Риту, а сам вспоминаю, сколько раз она по Ане проезжала, сколько я с ней из-за этого ругался. Но лучше об этом не говорить, а то совсем разнервничается.
Мы поднимаемся, а она торт к груди прижимает и бледнеет на глазах. Ну, это уже даже не смешно. Выдыхаю перед дверью:
– Готова?
Мама открывает практически моментально, как будто стояла и ждала. Кивает, пропускает в квартиру, достаёт тапочки.
– Людмила Николаевна, – говорит, когда Рита протягивает торт. Мимолётный взгляд на коробку, поджатые губы – не угадали мы с тортиком…
– Маргарита. Очень приятно познакомиться.
Помогаю ей снять куртку, сам раздеваюсь, Рита стоит рядом, ждёт, пока мама ушла на кухню. Мимолётно пожимаю её руку и веду за собой. Стол накрыт: лимон, сахар, пирожные из частной кондитерской. Мама открывает торт, включает чайник. Тишина угнетает. А о чём говорить?
– Когда свадьба? – спрашивает мама, рассматривая Риту, как таракана – с брезгливым оттенком.
– Весной, – отвечаю, хотя предложение официально так и не сделал до сих пор.
– Понятно. Живот уже, небось, большой будет. А невеста в белом.
– Нет, не в белом, – отвечает Рита. Взяла себя в руки, успокоилась. – В бежевом. И да, живот будет большой, мне рожать в мае.
– Быстро подсуетилась, – хмыкает мама.