Я бегала по дому, не понимая, откуда раздаются звуки, пока не сообразила спуститься по лестнице вниз. Прямо под ней находилась толстая железная дверь, которая, к моему счастью, снаружи открылась без особых усилий. Вот только внутри на бетонном полу, отделанном звукоизоляцией, сидел на толстенной цепи серый волк.

— За что же он тебя так, серенький? — кинулась я к нему, обнимая.

Волк начал поскуливать, утыкаясь носом мне в шею. Жалуется зверюга. Ещё бы. Без ключа (куда он его здесь мог деть только?) не снять ошейник.

— Вот что за человек, скажи же? Ни себе, ни людям. Тебе тут наверное жутко одиноко, да? Погоди, я сейчас за водой тебе сбегаю. И что-то вкусненькое принесу. Я сегодня такое мясо тушила, лапки оближешь.

За пару минут управившись, подвинула волку тарелку с ужином и вторую поглубже с водой. Тот от угощения не отказался. Правильно, человек-то не особо его кормит. Да и себя тоже.

После, убрав посуду, захватила себе одеяло и снова спустилась к зверю, поймав на себе внимательный взгляд.

— Ну а что? Не на холодном же полу мне ночевать? И тебя одного не оставишь.

Волк мотнул головой.

— Нет-нет, даже не уговаривай. Не уйду. Сегодня точно.

А в голове мелькнула мысль, что может Эмир так к полнолунию готовится? Хотя даже если так, то вряд ли от заботы обо мне.

Заснули мы быстро. Я в коконе из одеяла, волк — уложив на меня сверху тяжелую, горячую голову. Ну прямо счастливое семейство. Мир и благодать, пока муж в виде волка.

Только вот проснулась я в комнате. И сразу же наткнулась на недовольный взгляд человеческих глаз.

— Доброе утро, — улыбнулась приветливо мужу и тот поморщился. Уф. Надоело это его показное пренебрежение. — А как я тут оказалась?

Решила не разжигать конфликт.

— А у тебя какие варианты? — скривился он.

— Ну… других нет, — снова улыбнулась ему я. — Можно было бы разбудить, я бы сама дошла.

— Лучше бы вовсе не приходила, чтобы мне не нужно было тебя таскать.

— Но я не просила!

— Хорошо, следующий раз запру тебя в подвале.

— Эм… Я же не это имела ввиду. Не нужно запирать… — и вспомнив про вчерашнюю пощёчину, решила подсластить пилюлю, — пожалуйста.

— М! Да ты очень даже умеешь быть вежливой, если вспоминаешь про подвал.

Вообще-то я о другом вспоминала, ну да ладно.

— Ну что ты с утра-то? Голодный что ли, поэтому злой?

— Что ты в меня всё время еду пичкаешь? Подсыпать что-то хочешь?

— Если только слабительное, — буркнула я.

— Что?

— Отодвинься, говорю, вставать буду. А ты мешаешься.

— Вообще-то…

— Да-да, — перебила. — Это твоя кровать, твой дом, твой подвал и так далее по списку. Отодвинься же уже.

— Мы ещё вчерашний разговор не закончили.

— Я всё закончила.

— Или у тебя память как у гуппи.

— Ой, как мило, что ты знаешь этих рыбок. Мечтал завести, а папа не позволил?

— Моих родителей не смей трогать! — прорычал он.

— Я их не трогаю! Прошу же по-человечески, отодвинься.

Но вместо этого мужчина навис сверху.

— А если я не хочу отодвигаться?

Начинаааается.

Взгляда я не отвела, чтобы он не подумал, что сдаюсь. Поэтому пару минут снова играли в гляделки. Эмир прищурился недовольно, когда понял, что поддаваться не собираюсь.

— Запомни. Ты — всего лишь предмет договора. И когда срок закончится, я верну тебя наконец-то обратно. Не могу дождаться этого момента! Поэтому не смей общаться с теми, кто мне дорог! Поняла⁈

Я подавилась воздухом. О том, что брак временный и для него, я не знала. То есть… понимала, что в любом случае он будет таким, но что мой отец сказал об этом и мужу, была не в курсе. Считала, что для Эмира я просто жена, а не временная сожительница. В некотором смысле это объясняло его отношение ко мне и нежелание узнавать друг друга. Но всё равно стало обидно. И он это заметил.

— Принцесса не знала, что её сдали в аренду? — продолжил ехидничать, а я незаметно сжала кулаки, чтобы ногти впились в ладони. Может так меньше станет болеть в душе?

Волчица подняла голову вопросительно. Ей было не очень понятно, в чём разница. Что так, что так я бы не задержалась в его доме и с ним рядом надолго, так стоит ли переживать, что он об этом знает?