Остатков моей храбрости и силы хватило только на то, чтобы сделать прямой рубящий удар, как в фильмах про самураев. Тренировочный меч наставника взлетел, описав дугу, а мой тут же улетел в сторону, выскользнув из уставших пальцев.

— Если слепить фигуру человека из куриного помёта, она наверняка лучше удержит оружие, чем ты, — сухим безэмоциональным голосом сказал наставник. — Оружие надо держать, а не просто за него держаться. Возьми меч и нападай!

Я осторожно попятился в сторону, где лежал мой меч, стараясь не спускать взгляда с наставника, хотя это вряд ли сейчас помогло бы. Не думаю, что я смог бы отразить атаку.

Взяв в руки казавшуюся сейчас невероятно тяжёлой палку, именуемую мечом, я снова неуверенным шагом пошёл в атаку. Никогда до этого не пробовал фехтовать. Ну игра в мушкетёров в детстве с прутиками в руках не в счёт, а сейчас от меня бывалый мастер мечевого боя хочет добиться какого-то результата. Странный подход к новичку, который является в этом вопросе полным нулём.

Ладно, попробуем что-нибудь предпринять без особой надежды на успех. Как там учат в умных фильмах? Смотреть противнику в глаза? Я подался вперёд, сделал ложный косой замах, потом изменил траекторию движения меча, направив его остриём в корпус противника.

Моя новая атака закончилась таким же фееричным поражением. Наставник резко сделал шаг в сторону и ударил своим мечом по моему в непосредственной близости от гарды, снова выбив у меня оружие из рук. Боль в пальцах накатывала сквозь онемение, и я начал трясти рукой, шипя сквозь зубы.

— Совсем никуда не годится, — горестно покачал головой Иван Захарович. — Ты словно в первый раз оружие в руки взял.

— Не поверите, — усмехнулся я. — В первый.

— Как это? — искренне удивился мой суровый наставник. — Любой мальчишка с детства учится фехтовать, чтобы вырасти и стать воином.

— У нас так не принято, — ответил я, опустив упоминание про деревню.

— Дела-а, — протянул мужчина, снова покачав головой и нахмурившись. — Значит спарринги отложим на попозже, а пока только физическая подготовка и тренировка хвата. Физическая форма ещё терпимая, не совсем размазня, но хвата нет совсем. На сегодня всё, завтра продолжим.

Наставник воткнул свой тренировочный меч в стойку и, вздыхая, направился к выходу. Я развесил по местам так и не пригодившуюся амуницию, воткнул меч, снял с крюка куртку и пошёл к двери, где уже стояла София. Девушка смотрела на меня в этот раз искренне сочувствующим взглядом.

— Как вы, ваше сиятельство? — заботливо поинтересовалась она. — Вид у вас не очень, может немного посидеть отдохнуть?

— В номере у себя отдохну, — буркнул я. — В смысле в покоях, веди.

— Хорошо, — кивнула София, снова окинув меня встревоженным взглядом.

— Какой только смысл от ванны был, если впереди такая тренировка? — спросил я больше у себя, но почему-то вслух.

— Повторить? — тут же отреагировала моя спутница.

— Нет! — неожиданно резко ответил я. — Так из кувшина обольюсь, пусть воды тёплой принесут. И надо всё-таки душ сделать.

— А что это? — поинтересовалась София, сведя брови.

— Вот тогда и узнаешь, — сказал я, не имея ни сил, ни желания объяснять.

* * *

Князь Пожарский сидел у себя в кабинете, разбирая депеши и прошения, формуляры с информацией о собранной дани, прочие документы. День близился к концу, солнце клонилось к закату, все эти бумаги уже порядком надоели.

Пожарский отодвинул от себя просмотренные документы и уставился в окно, где алел закат. Царь подтвердил полученную информацию о провальной инициации младшего сына, которая показала предел на уровне восьмой ступени, а также о найденном бастарде, о котором Фёдор Алексеевич уже и думать забыл, а точнее не знал, но теперь возлагает на него особые надежды. Царь согласился на такой вариант, если бастарду будут даны все права настоящего княжича, к чему сам Пожарский был пока не готов, но царю уже пообещал, других вариантов нет.

В дверь постучали особым стуком, князь приказал войти. Дверь медленно открылась и в кабинет неспешно вошёл барон Каменский, тоже порядком вымотанный за этот день.

— Вызывали, ваше сиятельство? — спросил барон, устало опускаясь на стул без приглашения, так как знал, что ему можно.