— Идёмте, ваше сиятельство? — спросила стоявшая в дверях София, выдёргивая меня из крепкого сна, в который я незаметно погрузился. — Уже время подходит, наставник этого не терпит, даже от княжичей.

— Да-да, идём, — сказал я, стряхивая с себя остатки сна. — Одну минуточку, мне нужно одеться.

Я зашёл в гардеробную и снял с вешалки зелёный тренировочный костюм. Как объяснила мне раньше гувернантка, перепутать тренировочные костюмы — непростительная ошибка. Практически личное оскорбление для наставника. Синий для магии, а зелёный — для фехтования. Не буду оспаривать и нарушать традиции.

Манеж для тренировок по фехтованию находился в другой башне, что даже хорошо, так я постепенно выучу географию замка, казавшегося необъятным. Помещение было очень похожим на предыдущее, такой же песок на полу и балкон наверху по всему периметру. Кроме всего прочего здесь находились и силовые снаряды: перекладины, брусья, гири, стойка для отжимания с приподнятым ножным концом, скамьи для пресса и другое.

Наставник, неспешно ходивший из стороны в сторону, при нашем появлении застыл посреди зала со сложенными за спиной руками. Это тоже был мужчина в возрасте, но крепкий, жилистый, с военной выправкой и суровым стальным взглядом.

— Добро пожаловать в кузницу солдат государя! — практически отрапортовал мужчина. — Меня зовут Иван Захарович, майор в отставке.

— Здравствуйте, Иван Захарович, — сказал я, подходя ближе.

— На всякий случай напоминаю, — оборвал меня наставник. — Я в этом помещении главный, все остальные подчиняются, кем бы ни были за пределами этого манежа. Обращаться ко мне можно «ваше благородие». Приказы не обсуждаются, а выполняются беспрекословно, ясно?

— Яснее не бывает, — усмехнулся я.

— Отставить! — рыкнул наставник и я замер, вспоминая учебку в армии в прошлой жизни, там у нас был такой же суровый капитан, который не только знал устав наизусть, он думал уставом, жил им. И нас заставлял. — Снять куртку и бегом по периметру, пока я не скажу хватит.

Я повесил куртку на крюк на стене, расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке и побежал вдоль обозначенной по периметру линии. М-да, примерно тот же возраст и практически та же армия. Находясь здесь, придётся забыть все последние изменения в моём статусе, сейчас я просто рядовой в учебке, будущий солдат.

Вот интересно, с сыновьями князя Пожарского он также обращается? С лёгкостью поверю, что да. В этом деле без строгости никак и она не бывает излишней, всё идёт на пользу обучаемому, нравится ему это или нет. На свете найдётся не много людей с высокой самодисциплиной.

— Достаточно! — скомандовал наставник, когда я уже перестал считать круги. — На перекладину!

Я уж не буду перечислять упражнения, которые я методично выполнял, регулярно получая замечания от наставника. К моменту завершения разминки я себя почти не ощущал. Некая бесформенная субстанция с плывущим взором, едва стоящая на ногах.

— Надеть амуницию и взять тренировочный меч! — поступила очередная команда от наставника.

Я встретился с его взглядом и понял, что его абсолютно не интересует моё самочувствие и спорить с ним бесполезно, как и просить хоть немного времени на отдых. Я ожидал нечто подобное, но почему-то не был абсолютно уверен, что человека, приравненного накануне к членам княжеской семье, можно вымотать, как тряпку, и разговаривать с ним, как с непутёвым слабаком. Что-то внутри подсказывало: «делай, как говорят, и не бухти, это для твоего же блага».

Я прислушался к мнению своего внутреннего голоса и поплёлся за тренировочной амуницией, стараясь при этом не шататься.

Амуниция состояла из плетёной из ивовых прутьев кирасы, походившей на корзину, такого же закрытого шлема с небольшими прорезями для глаз и деревянного меча, обмотанного верёвкой, довольно увесистого. Мой наставник не взял ничего, кроме меча. Я лишь ухмыльнулся, наставник прав, вероятность того, что я смогу его достать крайне мала.

— Нападай, — спокойно сказал Иван Захарович.

При этом он стоял совершенно спокойно, даже не собирался принять боевую стойку или хотя бы поднять тренировочный меч.