Не дожидаясь лифта, Свенцицкая взбежала на второй этаж, запыхавшись, нетерпеливо позвонила в квартиру. Ей открыл незнакомый молодой человек, который молча кивнул и тут же куда-то исчез. В квартире царила знакомая Ирене творческая суета, сопровождающая подготовку любой новой коллекции. Туда-сюда сновали люди с тканями, на стенах висели рисунки вычурных орнаментов, на столах повсюду лежали эскизы будущих моделей. В гостиной шла примерка. В одной из дальних комнат стучали швейные машинки. Свенцицкая жадно втянула ноздрями до боли знакомый запах новых тканей, сигаретного дыма и парфюма.
Из гостиной вышел озабоченный Эжен. Увидев мать, он нахмурился еще больше:
— Ирена, я же просил! Твои эскизы должны были быть готовы еще неделю назад…
От этих слов Свенцицкая словно погасла. Опустив глаза, она что-то неуверенно пробормотала в свое оправдание.
— Что с тобой? Ты плохо себя чувствовала? — Эжен пристально посмотрел на мать и увидел на ее лице все следы бессонных ночей и чрезмерных возлияний. — Тебе пора браться за себя. Ты же мне обещала! Только посмотри, как ты выглядишь! Я сегодня же позвоню в клинику. Ну ладно, покажи, что ты сделала!
Ирена с готовностью извлекла из папки несколько помятых листков. Глаза ее снова лихорадочно заблестели.
— Вот! — с гордостью произнесла она, разворачивая бумаги.
Эжен глянул на рисунки мельком через очки и небрежно отдал их назад Свенцицкой.
— Ирена, что ты принесла! И это все, что тебе удалось сделать? Ты издеваешься надо мной? Все это уже давным-давно было. Это мне совершенно неинтересно. Я хочу сказать новое слово, сделать свой стиль… — И Эжен отвернулся, быстро переговариваясь с кем-то из портных.
Ирена стояла как громом пораженная, продолжая держать бумаги в вытянутой руке.
— Ты посмотри, ну может быть хоть что-то… Несколько элементов… Может быть, этот орнамент? Давай, я попробую что-то еще… Неужели совсем ничего не подойдет? — лепетала она.
В этот момент распахнулась дверь — и в квартиру стремительно вошел Мухаммед. В одной руке он нес дорогой кожаный чемодан. Через другую было перекинуто роскошное кашемировое пальто. Он очень изменился за время, пока они не виделись: еще больше возмужал, в нем появилась уверенность в себе и солидность. Даже не взглянув в сторону потрясенной Ирены, которая продолжала стоять посреди коридора, он подошел к Эжену и порывисто поцеловал его. Ни один мускул не дрогнул в его загорелом лице, как будто он не узнал бывшую подругу. Потом Эжен и Мухаммед удалились в комнату, что-то деловито обсуждая на ходу. Вслед за Мухаммедом в квартиру впорхнули несколько хрупких и высоких восточных девушек в платках.
— Какие шикарные модели будут у Эжена на показе! — восхищенно вздохнул рядом кто-то из портных.
Через несколько минут Эжен выскочил из комнаты и побежал куда-то по коридору, почесывая в затылке карандашом. Ирена заглянула в гостиную, где Мухаммед расположился на диване, разговаривая по-арабски с кем-то по телефону. Она осторожно подошла ближе, заглядывая ему в лицо. Мухаммед по-прежнему делал вид, что не узнает ее.
— Эй! — Ирена осторожно притронулась рукой к его плечу. — Как я рада тебя видеть!
Мухаммед взглянул на нее и, ничего не отвечая, спокойно продолжил разговор. Ирена постояла так еще какое-то время.
— Послушай, прости, я не хотела тебя обидеть! — прошептала она по-французски.
Молодой араб отключил телефон и пристально посмотрел на Ирену. Она сделала попытку улыбнуться, но осеклась под его презрительным взглядом.
— Я могу вам чем-то помочь? — спросил Мухаммед холодно.
— Ну не обижайся, пожалуйста, — Ирена снова сделала попытку приблизиться, — я так хорошо все помню. Может быть…
— Каждый помнит только то, что хочет помнить, — выдержав длинную паузу сказал араб, раскуривая сигару, — вероятно, я помню нечто другое. Я полагал, что вы кокетничали пять лет назад, говоря, что скоро будете выглядеть как моя мать. На самом деле она сейчас выглядит гораздо моложе вас…
Свенцицкая замерла как от удара. Потом, втянув голову в плечи, она медленно пошла в сторону коридора. Ноги не слушались.
— Ваш сын — это ваше главное достижение в этой жизни, мадам, — донеслось до нее.