– Повеселитесь там, – улыбнулась ей, дождалась, пока хлопнет входная дверь, и только потом вновь обернулась к Юле. – Ты не представляешь, что я сейчас чувствую. Сумасшествие какое-то! Меня до безумия тянет к обоим, кажется, что выбери я одного, и все равно не смогу жить, понимая, что не чувствую себя целой.

– У-у, мать, да тебе гормоны в голову конкретно так долбанули, – протянула Юлька. – Ладно, оба красавчики, при деньгах… Ну, покуролесили немного, покувыркались. Одному ты истинной оказался, хватай и под венец! А второй-то?

– Это его ребенок, Юль, – напомнила подруге, поглаживая животик.

Но Юлька отмахнулась.

– Знаешь, сколько баб живут с мужиками, родив от других? Уйма! Ну, и была бы ты не первой и не последней, ничего страшного. Главное, под заботливым крылышком влюбленного оборотня. Эх, а они ведь своих истинных на руках носят, – мечтательно закатила она глаза.

Я не знала, что на такое ответить. Мне казалось неправильным лишать кого-то из парней того, чего они хотят. Ну, да, мы с Лешей обязаны быть вместе, но это ведь не значит, что я должна оттолкнуть Макса и все?

Нет, больше не думаю, правильно поступила или нет! Я приняла решение, оно окончательное и бесповоротное.

– Ты не обижаешься на меня? – спросила у Юльки.

– За что? – удивилась она, широко открывая глаза.

– Ну… ты с Лешей встречалась, а Макс – твой босс…

– Если на то пошло, то Макс и твой босс, кстати, – Юля бросила взгляд на настенные часы. – И нам с тобой, мать, пора на работу собираться, чтобы не опоздать. Тебе, конечно, он даже слова теперь не скажет, а вот мне влетит, – рассмеялась, поднялась, похлопала меня по плечу и пошла на выход. – Ань, – замерла она в дверях на какое-то мгновение, – просто помни, что они оборотни.

– Я знаю.

Я еще немного посидела и пошла вслед за ней. Юля дала мне простое платье прямого кроя, чтобы я могла надеть его и не беспокоиться о том, как выгляжу. Собираться на работу было странно, ведь там я увижу Макса, а он непременно решит поговорить и… Ох, я шла туда, нет, летела, ожидая ответа. То, что я приняла решение, если не значило, что я не боюсь. Еще как! Дурацкое упрямство, не спорю, но именно оно должно было сделать нас всех счастливыми.

В клубе было тихо. Нас с Юлькой встретили улыбками, словно знали нечто очень важное, но молчали, чтобы не потревожить наши нежные души. Хотя, может, кто-то проболтался о похищении, и теперь придется рассказывать подробности. Очень надеюсь, что нет!

Макса я не увидела, и полдня пролетели мигом. Порой начинаешь думать, как можно тратить столько времени на всякие бумажки? Но я и Юля сидели и смотрели, пересчитывали, подписывали, разбирали целую кипу. А потом перешли от макулатуры к компьютеру и взвыли повторно. Счета, письма, письма, договоры, письма, письма и еще раз письма! На каждое нужно было ответить, причем еще и разобраться, самим или при помощи босса.

Ближе к вечеру в дверь постучали, и не успела Юлька крикнуть «да», Макс вошел внутрь.

Мое сердце сжалось. Я едва слышно выдохнула, понимая, что успела жутко соскучиться. И не только по нему, по Леше тоже. Мои мальчики, как же вы мне нужны.

– Юля, нужно…

Он говорил с ней, и она кивала, сосредоточенно слушая его, а я пропускала мимо ушей ценные указания.

– Аня, – Макс посмотрел на меня и улыбнулся.

– Да, – я встрепенулась.

– Тебе еще долго работать?

– А что?

– Я хотел тебя забрать. Ты помнишь, что нам нужно поговорить?

Разговор. Да, я помню, как я могу о нем забыть?

– Забирай ее, – отмахнулась Юлька. – Она мне только на нервы действует, – и подмигнула мне.

Вот же предательница, знала, что я вся на нервах, но все равно не упустила случая пошутить. Ладно, с ней я еще разберусь, например, сделаю крестной мамой малыша и заставлю проводить с ним все свободное время.

Собралась быстро. Мне не нужно было убирать за собой стол, приводить в порядок бумаги, с эти легко справится и Юля. А меня, вот, уже начало ощутимо потряхивать. Кажется, я слишком близко к сердцу воспринимаю предстоящий разговор, словно жду, что кто-то из них откажется от меня. А что если? Нет! Даже думать о таком нельзя.

– Вы решили? – спросила, когда мы вышли из кабинета.

– Не волнуйся ты так, это вредно для ребенка, – приобнял меня Максим, но на вопрос так и не ответил.