Ощущая тупую, пульсирующую боль в левом плече, я с трудом разлепил веки. Мир плыл и двоился, но постепенно картинка обрела чёткость. Надо мной не было ни каменных сводов темницы, ни роскошного полога моей спальни. Только листва деревьев, сквозь которую пробивались утренние лучи.

Я попытался пошевелиться, и плечо отозвалось резкой вспышкой боли, заставившей меня тихо зашипеть.

— Лежи смирно, — раздался женский голос. Настороженный, но без угрозы. — Рана свежая, не хватало ещё, чтобы кровотечение открылось.

Я скосил глаза. Рядом сидела женщина в простом, даже бедном тёмно-синем платье. Волосы у неё были растрёпаны, лицо уставшее, с тёмными кругами под глазами. Не красавица в привычном понимании придворных дам, но было в её чертах что-то цепляющее. Взгляд… Слишком умный и пронзительный для простолюдинки.

Чуть поодаль, на корнях дерева, сидели двое детей — мальчик и девушка. Они смотрели на меня с опаской.

— Где я? — мой голос прозвучал хрипло, как воронье карканье.

В голове отдалась болезненная пульсация, и я поморщился.

— В лесу, недалеко от тракта, — ответила женщина, протягивая мне флягу. — Пей. Это просто вода.

Я с подозрением посмотрел на флягу, потом на неё. Если бы хотели убить — уже убили бы. Если бы хотели пленить — связали бы. А я лежал на чьём-то плаще, и плечо было туго перебинтовано чистой тканью.

Немного помедлив, сделал глоток. Если бы хотели отравить, то не стали бы возиться со мной.

— Вытащили стрелу? — спросил я как ни в чём не бывая, возвращая флягу.

— Пришлось повозиться, — кивнула женщина. — Конь привёз вас вчера вечером к нашему костру. Вы были без сознания.

— Арес… — прошептал я.

— Он здесь, неподалёку. С ним всё в порядке.

Я внимательно смотрел на неё. Простая одежда, грубые ботинки, но речь чистая, уверенная. И этот кинжал на её поясе… Мой кинжал!

— Ты забрала моё оружие, — заметил я, не повышая голоса и не выказывая своего недовольства, хотя не любил, когда трогали мои вещи.

— В целях безопасности, — спокойно ответила женщина, не отводя взгляда. — Неизвестно, что у раненого на уме, когда он приходит в себя.

Её прямолинейность и уверенность… Редко встретишь таких барышень.

— Справедливо, — я попытался приподняться на локте, но голова закружилась. Пришлось оставить попытки принять сидячее положение. — Кто вы? Местные?

— Путники, — уклончиво ответила женщина.

«Не желает говорить правду, понятно. Хотя кто я для неё такой, чтобы она была со мной честна?»

Хотел узнать её имя, но тут земля дрогнула. Сначала это была лишь слабая вибрация, но уже через секунду она превратилась в отчётливый, нарастающий гул. Топот копыт. Много коней.

Женщина мгновенно изменилась в лице. Её спокойствие слетело, как шелуха. Она вскочила, хватаясь за рукоять кинжала (моего кинжала!), и закрыла собой детей.

— Нас нашли… — выдохнула она, озираясь по сторонам, ища пути к отступлению.

Кусты затрещали, и на поляну вылетели всадники. Четверо, пятеро… Десять человек в лёгкой кожаной броне.

Я узнал герб на их накидках. Мои люди. Личная гвардия, отбившаяся во время нападения.

— Стоять! — взревел передний всадник, высокий бородатый мужчина, скверный характер которого шагал далеко впереди него.

Моя спасительница попятилась, прижимая к себе испуганного мальчика. Девушка рядом с ней побелела как полотно.

Стражники спешились на ходу, обнажая мечи. Они выглядели разъярёнными и напуганными одновременно — потерять лорда означало для них смерть или позор.

— Что ты сделала нашему лорду, ведьма?! — рявкнул бородач, направляя острие меча в сторону женщины, глаза которой недобро блеснули. Она была зла.

— Что я ему сделала? — гневно фыркнула она. — Жизнь спасла!

— Брось оружие! — рыкнул стражник, подступая к ней и детям ближе. — Осмотрите лорда! Живо! — обратился он к остальным.

Столько бранных слов срывалось с моего языка. Ох уж этот Корн! Выпороть бы его!

— Угомонись ты уже! — собрал я все силы и рявкнул так громко, как только позволяли лёгкие.

Голос сорвался на кашель, но эффект был достигнут. Стражники засуетились возле меня. Бородач напряжённо обернулся.

— Милорд! — он убрал меч в ножны и кинулся ко мне, падая на колени. — Слава богам вы живы! Мы нашли коня в полумиле отсюда, думали… думали, всё…

— Помоги мне сесть, идиот, — прошипел я.