Погрузилась в чтение. Только, невзирая на внятное изложение, всю эту мудрость было не понять. Слои реальности, расширения магических потоков, стабилизационные элементы… Пять минут, и голова вспухла.

Итог? Я аккуратно окликнула Эрона. Препод он или кто?

Дедушка, вопреки не самому благостному настроению, в помощи не отказал.

Глава 4

То же время, переулок возле лаборатории

На место происшествия Майгор прибыл довольно быстро. Он не торопился, но дорога словно стелилась под ноги – как назло!

Едва успел спешиться, как тут же столкнулся с Дрэйком, и тот, хищно сверкнув глазами, поманил начальника разведки в сторону. Майгор с беззвучным стоном подчинился. Затем был непроницаемый купол, установленный Дрэйком, и вопрос:

– Ну и как это понимать?

Майгор промолчал, а высокий лорд продолжил:

– Нам известно об этой лаборатории со времён Мервиса, мы знаем, что ученик мастера работает не совсем легально. Но почему получаем сведения случайно? Да ещё благодаря очередной выходке Алексии Рэйдс?

– Пуф, – не выдержав, произнёс Майгор. – Дрэйк, давай по фактам? Сведения, что Хойзем производит основу для этого проклятого яда пока не подтвердились. Во-вторых, если я правильно понял услышанный тобой разговор, это не сам яд, а именно сырьё, из которого, в теории, можно приготовить и что-то ещё. Сырьё тоже доказательство, но не совсем. Мы искали готовый продукт, лабораторию полного цикла, и у нас не было причин подозревать Хойзема. Парень, по сути своей, безобиден. Он нарушает по мелочи. Ничего опасного никогда не создавал.

– Корифий лил ему в уши, – процедил Дрэйк. – Ссылался на империю. Уверял, что это оружие во благо страны.

– И Хойзем верил?

– Конечно! – Дрэйк аж зубами от досады скрипнул.

Главный разведчик медленно кивнул:

– Парня интересует только алхимический процесс и эксперименты с веществами. У нас не было причин подозревать, что Хойзем поменял профиль исследований и начал создавать яд.

Майгор помолчал и продолжил:

– Мы видели Корифия здесь, мы в курсе, что он посещает лабораторию, но к Хойзему заглядывают многие. Среди клиентов несколько аристократических родов. Мы не могли просто так, без причин, тряхнуть Бертрана и его выводок. Трясти самого Хойзема вообще бесполезно. Хойзем ненормальный, и силой от него ничего не добиться.

– Знаю, – процедил Дрэйк. – Вероятно на это и был расчёт.

Три года назад Майгор предлагал прихлопнуть эту лабораторию, но Дрэйк велел оставить чрезмерно талантливого и безобидного, в общем-то, алхимика в покое.

Только «оставить в покое» и одновременно знать всю подноготную невозможно. И вот итог.

– Мы неоднократно подсылали к Хойзему своих людей, даже сокурсника по академии, – буркнул Майгор. – Бесполезно. Будь у Хойзема родные, мы бы завербовали и их. Но парень асоциален. К нему не подойти, ему никто не нужен.

– Что ж, – Дрэйк хмыкнул. – Сегодня ему придётся кое с кем поговорить.

Лорд убрал купол и направился к главной двери лаборатории. Той самой, через которую входили и выходили посетители. Вторая дверь, в отличие от первой, использовалась редко. Посетители покидали лабораторию через запасной выход всего несколько раз.

О существовании второй двери спецы управления, разумеется, знали. Они указали на выход Дрэйку, когда тот приехал. Неприметная старая створка была защищена замком высшего уровня и усилена плетением. Дрэйку пришлось повозиться, чтобы её вскрыть.

Зато там, впереди ждала награда в виде подслушанного разговора и невредимой девицы Рэйдс.

В том, что касалось сырья и Корифия, история требовала тщательного и очень аккуратного разбирательства. Увы, но прижать один из древних родов просто так, без веских доказательств, действительно нельзя.

А главное – нельзя спугнуть. Нужно раскрыть всю цепочку, а уже потом брать Корифия за болезненные места.

В этом свете помощь Хойзема становилась особенно важной, но парень действительно бесов гений. Он действительно не приемлет давления и, что особенно абсурдно, не доверяет правящим.

Государство любит, а правящих – нет. Вот такой парадокс.

Но здесь и сейчас Дрэйк намеревался прожать. Убедить или купить. Либо и то и другое, и не важно за какие деньги.

Крайний вариант – арест. Свободы для алхимика точно уже не будет.

Но лучше миром.

Лучше договориться.

Вдруг этот юный идиот поймёт?