– Это как есть, но жевать пенопласт или пластик. Никакого вкуса у еды нет. Она лишь муляж еды, не более.

– Фу – я попыталась представить подобный вкус у себя во рту и понять, что испытывал Дэмиан в эти моменты, но мне так и не удалось это сделать – А как же чай и кофе?

– Кофеин я чувствую, и он для меня имеет хоть какой-то, но вкус. Но ярче всего я ощущаю терпкий вкус натурального чая, что приносит мне неимоверное удовольствие.

– Ты поэтому любишь больше чай?

– Да. Чай, в отличие от других напитков, имеет для меня настоящий вкус, который я чувствую. Я люблю ощущать вкус настоящей еды у себя во рту и на языке. Поэтому чай – это моя страсть.

– Дэмиан, можно задать тебе личный вопрос пока мы наедине?

– Давай – Дэмиан немного напрягся и повернулся вновь ко мне лицом.

– Сколько мы общались, я бы в жизни не сказала, что ты как-то отличаешься от самого рядового тридцатипятилетнего парня – я немного смутилась – Твоя речь, шутки, поведение и манера разговаривать не оставляют сомнений в твоём возрасте и в твоей легенде о молодом преподавателе. Как ты этого добился?

– На самом деле это результат очень долгого обучения и длительной адаптации. Я приехал в Новый свет и решил покончить с прошлым. Мне пришла в голову идея представиться профессором истории из Англии, что в принципе было легко для меня. Я создал новую личность, и поменял свой образ жизни. Мне было тридцать пять, поэтому стоило соответствовать данному возрасту, ведь мне иногда задавали вопросы о моих манерах и поведении. Тогда я и подумал о том, что кто меня лучше всех обучит подобному поведению как не молодые студенты? Я пошёл преподавать в разных учебных заведениях, которые стали открываться по всему континенту и через сотню лет с легкостью мог соответствовать своему возрасту.

– Тебе понадобилось сто лет, чтоб этому научиться?

– Я до сих пор учусь. Каждый день своей жизни. Мир не стоит на месте, и он меняется очень быстро. Ещё пятьдесят лет назад мы не могли и подумать о том, чтоб разговаривать из любой точки земного шара или фотографировать своё лицо каждый день – неожиданно для меня Дэмиан изобразил еле заметную усмешку – Хотя последнее сложно назвать прогрессом и положительным достижением. Но вот он двадцать первый век. Век технологий и технологических открытий. Люди могут измерять сахар крови, поднося мобильный телефон к небольшому чипу на руке. Они могут оплатить покупки одним касанием терминала, измерить давление, пульс или купить билет на другой конец света. Все это движется и изменяет наш мир, а я учусь меняться вместе с ним и не отставать от него. В этом и помогает студенческая среда и молодое поколение рядом.

– Ого. Я даже подумать о таком не могла, что говорит о том, что ты успешно справляешься со своей задачей.

В этот момент в автомобиль вернулся Джеймс и протянул мне картонный стаканчик с горячим кофе и небольшой бумажный пакет.

– Я решил, что кофе и сладкое наилучшим образом помогут тебе восстановиться. У тебя снова низкий уровень сахара.

– Откуда ты вечно узнаешь об этом?

– Они чувствуют такие вещи – Дэмиан цедил свои слова с легким раздражением – И тебе действительно стоит согреться и выпить горячего. Тебя сильно  трясёт.

Джеймс завёл автомобиль, и мы продолжили свой путь. Спустя какое-то время я решила не только с Дэмианом выяснить все интересующие меня моменты, но и с Джеймсом в том числе.

– Джеймс, теперь твоя очередь отвечать на мои вопросы.

– А они у тебя есть?

– И не один. Так ты ответишь мне?

– Я слушаю тебя.

– Когда меня позвали на собеседование к тебе, ты знал обо мне и о том, кто я?

– Да – взгляд Джеймса переместился в сторону, а его лицо изображало подобие вины и смущения – По правде говоря, я не мог сказать на все сто процентов так это или нет. Но ваше сходство со Стефанией было слишком очевидным, чтоб отрицать его.

– Ты поэтому отправил меня к нему в Европу? Ты хотел проверить свою теорию и добраться до Дэмиана?

– Как я уже сказал, да. Я отправил тебя на встречу к Дэмиану, чтоб убедиться в том, что он – это он, а ты это – ты.

– Тогда зачем ты продолжил работать со мной после нашей встречи в Праге?