– Десять? А в прошлый раз было пятнадцать. Ты становишься жестокой.
– Пять – прошипела я сквозь зубы.
– Ладно, ладно. Десять так десять – Дэмиан наигранно поднял руки вверх, изображая свою покорность передо мною – Стефани, я пришёл нормально поговорить. Без посторонних рядом.
– Под посторонними ты имеешь в виду Джеймса?
– Особенно Джеймса – Дамиан вновь говорил с сильной злостью, но спустя секунду его лицо разгладилось, а голос стал мягче и спокойнее – Но я не буду больше что-то говорить тебе о нем. Ты была права. Это твоя жизнь и тебе решать, что с ней делать и с кем в ней общаться.
– Ты… ты так считаешь? – я резко стала заикаться, не веря своим ушам.
– Я приехал извиниться за свой напор на тебя и за попытку контролировать тебя. Я лишь такой же знакомый, как и многие люди в твоей жизни, поэтому сейчас я хочу вернуть наши с тобой отношения, пусть даже на уровне дружбы.
– Почему ты резко поменял своё мнение?
– Потому, что я видел в тебе другого человека, и считал, что с тобой надо обращаться так же, как и с ней – Дэмиан сделал глубокий вздох, а затем тихим голосом добавил – Но ты не она. Ты совершенно другая и иная по всем показателям, поэтому я хочу узнать тебя и понять.
– Что значит «так же как и с ней»? Ты меня с кем-то сравниваешь сейчас?
– Признаюсь честно, да – Дэмиан устало сел на кресло у окна и посмотрел на панораму ночного Гудзона – Я увидел в тебе свою бывшую жену. Вы чем-то похожи внешне, и я почему-то решил в своей голове, что и по внутренним качествам вы так же можете быть похожи.
– Ты был женат? – слова Дэмиана вызвали у меня шок и полнейшее недоумение. Мой голос задрожал, а взгляд был наполнен ужасом и растерянностью.
– Много лет назад – в одно мгновение Дэмиан помрачнел, и между нами повисло долгое и тяжелое молчание, после которого он продолжил свой рассказ – Но как я тебе сказал, она умерла. Я не мог найти упокоения себе и принять ее смерть, поэтому надолго закрылся в себе и утонул в своём горе. Когда я понял, что мой образ жизни ведёт меня все глубже в пропасть, я полностью изменил свою жизнь, переехал на другой конец света и начал жизнь с чистого листа.
– Так ты все-таки родом из Европы?
– Да. Просто я научился скрывать свой акцент.
– Так вот почему ты так испугался, когда увидел меня около ресторана в Праге?
– Да… – Дэмиан перешёл на шёпот, пряча свои глаза от меня в сторону – Когда я поднял глаза и увидел твои глаза и лицо, меня словно пронзило током. Я видел ее перед собой, но не мог поверить в это и прийти в себя. Я только начал нормальную жизнь, отпустив прошлое, но вот оно опять нашло меня и давало о себе знать.
– Но я не понимаю, как я могу быть похожей на твою жену?
– Я не могу этого объяснить – лицо Дэмиана изображало сейчас сплошную обреченность.
– Ты поэтому сблизился со мной? Ты хотел заглушить свою боль с помощью меня?
– Вначале да. Я захотел узнать тебя поближе. Но чем больше я тебя узнавал, тем больше понимал, что ты не она. Ты совсем другой человек с совершенно иными мыслями, взглядами и характером. Ты личность, непоколебимая, уверенная и стойкая. Тебя сложно сломать и переубедить в чём-то. Ты имеешь своё мнение на все, не боясь осуждения или порицания. И ты привыкла полагаться только на свои силы.
– А твоя жена…?
– Была совершено не такой. Что и сгубило ее.
– Что это значит?
– Что будь она хоть наполовину такой, как ты, она бы не умерла.
– Так что с ней случилось?
– Давай сегодня на этом закончим. Мне слишком тяжело обо всем этом говорить. Я итак сказал слишком много лишнего.
–Ты не прав – впервые за все эти месяцы нашего молчания я подошла вплотную к Дэмиану и взяла его за руку – Твое признание многое объяснило мне и теперь я понимаю многие твои мотивы.
– Наверное, ты презираешь меня за это?
– Нет – я говорила тихо, но уверенно – Твоя душа стала открытие для меня. А я теперь знаю, что ты видишь во мне только меня, а ни кого-то ещё. Это признание сейчас многое дало мне.
– Спасибо, Стефани. Я даже мечтать не мог о том, что после такого признания ты меня поймёшь.
– Я не только понимаю тебя, но и принимаю – я крепко сжала его руку и подошла совсем вплотную – И признаюсь четно, я скучала…
– Я тоже. И очень сильно.