Брэнд прекрасно помнил тех людей, которые двенадцать лет назад причинили боль Дэни. Он хотел бы надеяться, что они изменят свое отношение к ней, теперь когда она стала его женой. Но они все равно ее не примут. Эти люди шли на поводу у его матери и достаточно ясно дали понять, что Дэни всегда будет ничтожеством в их глазах, за кого бы она ни вышла замуж и какие бы усилия ни предпринимала. У него не было сомнений насчет того, что большинство людей думают так до сих пор. Брэнду тоже хотелось держаться подальше от этого городка.

Теперь это была уже не та Дэни, на которой он женился во второй раз. Это была другая женщина. Брэнд видел, как раскованно она ведет себя в обществе Ли Энн, Мэрил и Фила. Сейчас, когда Дэни носила под сердцем его ребенка, он считал, что она в состоянии оказать сопротивление любому, кто может помешать их счастью.

— Пойми, мы с тобой — единое целое. Дорогая, мне бывает плохо, когда мы в разлуке. Я ненавижу от тебя уезжать, но не могу предать дядю Джимми! Не могу, понимаешь, после того как он все бросил ради меня. — Его слова прозвучали более резко, чем он хотел. У Дэни был такой вид, будто он ее ударил.

— Если я все же решусь на этот шаг, то когда нам нужно будет уезжать? — Она попробовала улыбнуться, но побледневшее лицо и слезы на глазах не могли его обмануть.

— После отборочных матчей и суперкубка.

— А что делать со школой Дэйва? Он так упорно трудился, чтобы догнать своих одноклассников.

— Его можно временно перевести в школу в Атланте. Они там учатся по такой же программе. Я смогу завозить его в школу каждый день по дороге на работу.

— И поэтому ты выбрал Истовер?

— Дэни, скажи, как, по-твоему, я мог узнать, что именно в этом году Лаура наконец-то станет свободной и сможет выйти замуж за дядю Джимми? Ее муж лежал в коме почти двадцать лет! Нет, я выбрал Истовер не для того, чтобы Дэйв в любую минуту мог перейти в мою бывшую школу. Ты ведь прекрасно знаешь, почему мы отдали его именно туда. — Брэнд провел рукой по волосам и посмотрел на Дэни.

Зная только один способ успокоить все ее страхи, он взял ее на руки и отнес в кровать. Там он лег рядом с ней и поцеловал ее глаза. Когда Дэни обняла его, он чуть расслабил пояс ее огромного халата, разделся и с улыбкой произнес:

— Все будет хорошо, дорогая!

Проснувшись рано утром, Дэни подошла к окну и долго с тоской смотрела на мрачные силуэты покрытых инеем деревьев. Брэнд спал мирно, как ребенок. Не в силах справиться с отчаянием, она сжала его руку.

Она любила своего мужа, как никого и никогда в своей жизни. Он защищал ее, заботился о ней, почти любил и дарил Дэйву отцовскую любовь, которой так долго не имел ее сын. Дэни не могла остаться здесь одна, пока ее мужу нужно было выполнять свой долг. Она согласна была ехать с ним куда угодно, только не в этот проклятый Карендон.

Дэйв. А вдруг его будут презирать люди, которые знали ее спившуюся мать, только за то, что он ее сын? Дэни не перенесет этого.

Элеонора тоже может отвергнуть Дэйва — ненавидя Дэни, она возненавидит и своего внука. Но может произойти и другое. Эта женщина примет внука и начнет настраивать его против нее. А возможно, не только Дэйва, но и самого Брэнда.

Останутся ли они вместе после этой поездки, или его мать и ее подруги сумеют убедить ее мужа в том, что его чувства к ней были всего лишь иллюзией?

У Дэни было много вопросов. И ей нужны были ответы. Она встала, приготовила завтрак и накрыла на стол. Брэнд улыбнулся и поблагодарил ее за вкусные кексы, которые она испекла из готового теста. Он вел себя так, будто ничего не произошло.

Что касается Брэнда, то она не волновалась по поводу насмешек в его адрес. В их городе он просто не мог стать мишенью для грубых шуток и подлых высказываний.

— А как быть с Дэйвом? Как к нему отнесутся твоя мать и ее подруги? — спросила Дэни, пытаясь говорить спокойно. Она налила кофе в чашку Брэнда, стоя за его спиной, чтобы не смотреть ему в глаза.

Брэнд вздохнул и положил недоеденный кусок кекса на тарелку.

— Дэни, мы это уже проходили. Я обижал мать. Она обижала меня. Сейчас мы — взрослые люди. Все будет в порядке. Ты ведь не думаешь, что она может поломать жизнь собственному внуку?