— Может быть. А что, это обязательно? — Дэни лениво водила пальцами по плечам Брэнда. — Почему бы тебе не отнести наверх меня, позволив Дэйву спать здесь, рядом с рождественской елкой? — Она застонала от удовольствия, когда Брэнд, положив ладонь на ее грудь, начал ласкать упругий сосок.

— Твое желание для меня закон! — Он встал, поднял Дэни на руки и понес ее в спальню.

Брэнд почувствовал, что облегающие джинсы стали ему тесны, но решил не торопиться, чтобы доставить ей удовольствие в этот их первый канун Рождества. Брэнд поставил жену рядом с кроватью, вдыхая яблочный аромат, к которому примешался еще запах мускуса — запах страсти.

— Счастливого Рождества, дорогая. — Он прошелся по ее стройной шее легкими поцелуями, потом поцелуи оставили теплую дорожку вдоль ее спины и остановились у округлых ягодиц. Брэнд притянул Дэни к себе, чтобы она почувствовала его жар и твердость. Его губы прижались к ее губам, а язык нырнул глубоко внутрь.

Дэни, прерывисто дыша, ответила на его поцелуй. Брэнд слегка отодвинулся и рывком снял через голову рубашку вместе со свитером. Бросив одежду на пол, он расстегнул джинсы и одним движением освободился от них. Ее страстные прикосновения, восхищение, сквозившее в ее взгляде, когда она любовалась его телом, — все это сводило его с ума, и он был не в состоянии больше медлить.

Дэни наслаждалась совершенством его мужской силы. Губами она нежно исследовала каждую мышцу, каждый дюйм его шелковистой упругой кожи внизу живота.

Он отстранился, прервав ее чувственное путешествие. Дэни застонала, потерявшись в океане страсти, и мечтала о том, чтобы он поскорее заполнил влажную пустоту внутри ее.

— Пожалуйста, ну пожалуйста, возьми меня! — молила она.

Они посмотрели друг на друга, их глаза горели страстью.

— Я в твоем распоряжении, дорогая. — Его ярко-синие глаза потемнели от желания. Он возвышался над ней словно статуя, ноги были слегка разведены. Брэнд будто хотел ей сказать, что сегодня она может делать с ним все, что захочет.

Дэни встала на колени и, увидев, как дернулись мышцы на его бедре, поняла, чего ему стоит сдерживать себя, чтобы не наброситься на нее, забыв обо всем на свете.

Она погладила его длинные стройные ноги, скользнув пальцами под колени. Мягкие светлые волосики подчеркивали мощь его мускулистых икр и щекотали ее пальцы. Шрамы и рубцы на теле лишь усиливали его мощную ауру.

Дэни вдруг вспомнила о своих ощущениях в тот момент, когда его язык ласкал ее бедра. Наклонившись, она провела языком по ноге Брэнда, заставляя своего богатыря трепетать под ее чувственной атакой.

Мощная волна сотрясла тело Брэнда.

— Дэни, остановись! Ради Бога остановись. — Его голос дрожал от сладостной муки.

Она с неохотой оторвалась от него и снова окинула взглядом это великолепное тело.

— Люби меня сейчас.

Брэнд поставил ее на ноги и нежно прижал к себе. Он прерывисто задышал, когда его напряженная плоть прикоснулась к ее животу. Он выпустил ее из объятий, и она легла, не отрывая от него взгляда и призывно раздвинув ноги.

— Ты хочешь меня, дорогая? — спросил Брэнд и потерся о ее горячее влажное лоно. — Ты хочешь, чтобы я проник в тебя?

— О да! — Дэни выгибалась под ним, не в силах больше терпеть.

И Брэнд ринулся навстречу ее желанию, объединив их тела в одном быстром страстном движении.

Они задвигались в привычном ритме, сначала неторопливо, а затем все быстрее, и когда дошли до кульминации, их тела и сердца слились в одно целое. Дэни получила заветное наслаждение первой и заглушила ликующий крик, Прикусив сильное плечо Брэнда. Вскоре он присоединился к ней.

Дэни прижалась к мужу, благодарная за самый лучший рождественский подарок, о котором она могла только мечтать.

Брэнд проснулся первым и попытался высвободиться из объятий жены, а также от перекрученного постельного белья. С каждым днем он любил ее все сильнее.

Он открыл ящик ночного столика и, достав оттуда маленькую коробочку, осторожно положил ее рядом с рукой Дэни.

— Счастливого Рождества, дорогая, — шепнул он и встал с постели.