— Цветочек, я считаю, что твои обмороки от сильного истощения. Я хочу сам заправлять накопитель, — сказал Креймор, когда все собрались на завтрак.

— Нет, — слишком поспешно сказала я, Нард сразу закрыл рот, видимо, собирался отговаривать черного, и одобрительно кивнул:

— Я справляюсь, разве по мне скажешь, что я истощена?

Я накладывала кашу в миски, добавляла сливочного масла, меда и посыпала молотыми орехами. Молока осталось всего два литра, нужно беречь. Хорошо, в хладных ларях еда почти не портилась…

— Но спать по два часа после каждой зарядки, разве это нормально? – Креймор посмотрел на Нарда. Тот пожал плечами и не прекратил есть.

Гномы уже почти доели кашу и поглядывали на панкейки, которые радовали глаз пышностью и стекающим по краю заварным кремом.

Твикс, как всегда, сидел с краюшку и молча ел, единственный мой помощник. Твикс заменял мне посудомойку и уборщика в кухне. Я была ему благодарна и даже почти не злилась, что он хотел испортить мне жизнь в магической комнате.

— Спасибо, дриадка, — гномы похватали панкейки, как собаки на бегу, и ломанулись на выход, как-то странно переглядываясь. Что-то мне их вид заговорщиков не понравился, но от гномов меня отвлекла драконица.

— Мерзко! – Ирге надоело, что все внимание уделяется мне, и она откинула от себя тарелку с кашей, брезгливо вытерев рот салфеткой: — Ты совсем не умеешь готовить, только продукты переводишь. Твоя каша остыла и похожа на чью-то блевотину. Я это не буду есть!

В кухне повисло тягостное молчание.

— Очень вкусная каша, — неуверенно сказал Алир.

Нард как ел, так и продолжил, не обращая внимание на Иргу. Креймор нахмурился, сильнее взявшись за свою ложку, и тоже продолжил есть.

Я, конечно, понимала, что в разборки женщин лучше не лезть, но такое вот игнорирование хамства в мою сторону было обидно. И вообще, я не нанималась на всех готовить!

Лучше в это свободное время в библиотеке покопаться, найти герб, который я видела в дворце. Все это быстро мелькнуло в моей голове, и я миролюбиво спросила:

— И ты только сейчас об этом говоришь, через три дня?

— Я терпелива, — фыркнула Ирга, видимо, посчитала, что я сейчас буду перед ней услужливо кланяться, — так что каши больше не вари, не твое это, дриада. Вы там у себя привыкли траву жевать и ничего в нормальной еде не понимаете.

— Ирга, хватит, — сухо сказал Креймор драконице, а та обрадовалась, что, наконец-то, он обратил на нее внимание, и тут же защебетала.

— Дар, как ты можешь это есть, ну ладно мясо и похлебки еще можно, но вот это? Драконица опять толкнула кашу в мою сторону. Мерзость!

— Неправда! — как ни странно, за меня заступился Твикс, который, так боялся драконов, что лишнего слова не вытянешь, если, конечно, это слово не имеет отношение ко мне. — Амарин прекрасно готовит!

— Тебя забыли спросить! — фыркнула драконица и полезла к своей порции панкейков.

Ну, в принципе, мне всё понятно…

Я не дала ей взять тарелку с оладушками, и пододвинула к себе обе тарелки. А потом в звенящей тишине выкинула всю еду в ведро для мусора. Жалко, сердце кровью обливается, но так нагляднее.

— Ты… ты… Ты что творишь?! — возмущенно подскочила драконица.

— А что я творю? — удивилась я. — Ты сказала, что моя еда — мерзость, избавляю тебя от нее. Может быть, господа хорошие, есть еще что-то сказать?

— Амарин, — начал Креймор, но я его перебила.

— С этого момента еду каждый готовит себе сам! Плевать мне, что и как вы будете есть. Я к готовке для вас больше не прикоснусь!

Я сняла фартук и легко кинула его на стульчик.

— Ты не смеешь так со мной говорить! — рявкнула Ирга рыком дракона. Очень быстро она оказалась рядом и что есть силы ударила по щеке.

Что-то горячее полилось на шею, я тронула порезанную когтями измененной лапы щеку. Замерла, ожидая боли, но боль не проходила, зато в уши ворвался рык уже другого дракона.

Креймор стремительно поднялся из-за стола, едва не опрокинув его, и оттолкнул Иргу к двери. От удара о стену девушка сползла на пол, издав сдавленный всхлип.

— Уводи Иргу, — напрягся всем телом черный, не сводя с меня почерневшего взгляда, — уводи, пока я не разорвал ее! — Креймор повернулся к ошарашенному Алиру, и по лицу Креймора волной прошлась драконья морда.

Жуткое зрелище, когда дракон пытается не обернуться.