Хмыкнул. Ничего, Цветочек, ты скоро поймёшь, что нельзя перечить «Железному князю». Я замер. Мне показалось, я почуял её запах. Странный, сладкий, который проникает, казалось, в самое нутро и крутит там водовороты, заставляя куда-то идти и что-то делать.
Уже не в первый раз: стоит подумать об этой девке — сразу чую её запах. И почему я к ней прикипел? Можно было просто проверить, почему она не поддаётся моей ауре, и отпустить, но я захотел другое…
Красоты я в ней не заметил, фигурка так себе… Наверное, меня впечатлил её дух. Обычно дриады не могут сопротивляться ауре… Тааак… а если она и есть преемница королевы?!
— Да нет, — я даже заговорил вслух, — куда этому цветочку до Мариаль. Та была настоящая королева: знойная, жаркая, страстная, манящая…
Я выдохнул. Запах Цветочка забил обоняние, перекрывая даже запахи ингредиентов для создания магических механизмов. А их не так просто вытравить.
Постарался не думать о дриаде. Скоро она прилетит в Башню, а через пару дней и я за ней. Там и пойму, она ли королева и стоит ли вообще брать её фавориткой. Может, за это время в Проклятой Башне с неё сойдёт гонор, и она сама кинется в мои объятия. Я на это и рассчитываю...
Чувствую лёгкий ветерок рядом, её запах. Странно это. Может, она меня прокляла? Лесные ведьмы могут это делать. Взять хотя бы Мариаль — я даже хмыкнул. Прокляла меня любить. У неё своеобразное понимание мести. Хотя… в этом что-то есть. Чтобы я, Железный князь, ради какой-то девки забыл все свои клятвы… Тонкая месть. И изощрённая.
Сладкий запах, казалось, забрался даже внутрь меня, и желание куда-то уехать усилилось. Нужно провериться у лекарей и проклятийников. Может, правда какое-то заклинание навесили. Мелкая проныра получит сполна, если это так. Добавлю ко времени её нахождения в Проклятой Башне ещё сутки.
Башня ломала и не таких сильных магов. На секунду мне стало жаль девчонку. Я же не садист, в конце концов, и понимаю — её лишили дома, но… Она меня к тролихам отправила! Мерзким бабам, которые своих мужчин после брачной ночи и зачатия, как бы это… лишают возможности иметь ещё детей с другой. С одной стороны, это вынужденная мера: рожают эти громадины сразу по двадцать, а то и двадцать пять детёнышей… Но ведь можно было решить проблему рождаемости по-другому!
Нет, пусть дриада чуть-чуть помучается. Я даже оплачу ей лекаря потом. И сниму с неё статус ссыльной… Наверное. Смотря как она меня встретит и окажется ли она наследницей силы. Если она приняла силу королевы, Ард её уничтожит… Будет ли мне её жаль? Нет! Устал я от дриад. Даже рад, что скоро на человеческий материк полетим — хоть какое-то-то разнообразие.
Я дунул на сову, активируя её, и залюбовался своей новой игрушкой. Серебряные и золотистые пёрышки казались настоящими. Это была очень кропотливая работа. Может, подарить её Рассии? Она давно выпрашивает себе питомца.
Глаза у совы запоминающие кристаллы. Стоит ей открыть их, и первый, кого она увидит, станет хозяином. Так что после активации стараюсь её больше не касаться. Нужно убрать в специальный перевозной ящик.
Такая привязка — дорогое удовольствие. В глазах у питомцев очень редкие кристаллы, которые можно найти лишь в Пустоши. Каждый питомец, которого я создаю, уникален. Я сам не знаю, какой будет сова.
Я пошёл за коробкой. Нужно возвращаться на поверхность. Вновь становиться Щитом, соблазнителем и воином. Иногда мне кажется, что я уже не просто ношу эти маски — я сам стал тем, кем притворяюсь. Жестоким убийцей, которым многие народы пугают детей.
Мне опять показалось, что я чувствую ветерок. Сладкой волной он прошёлся по волосам, плечам, тыкнул в спину, погладил грудь. Это было уже не совсем понятно, странно. Махнул рукой перед собой, пытаясь поймать неуловимое нечто. Ничего. Но мне показалось, я слышу смех. Потом ветерок у уха. Я почесал мочку:
— Кто тут? Я тебя всё равно поймаю!
Опять смех, далёкий, чуть слышный, но кроме смеха ещё слова: «Попробуй». Издевается. Точно морок.
Я прижался к стене спиной, осматривая свою мастерскую. Взглядом следя за перемещениями ветерка. Какая-то магическая следилка? Кто-то прознал, чем я тут занимаюсь?