Эти слова… Как же они были мне приятны. Эмоции взяли надо мной верх, и я смущённо отвела взгляд, чувствуя, как горят щёки. Да, после возвращения из ада я стала другой, но только не рядом с ним. С Яном я оставалась всё той же Юлианой.

Если честно, мне не хотелось никуда идти, предпочла бы остаться здесь, с ним. Но умом понимала, что это невозможно. Повсюду сновали гости и прислуга, слышались музыка, смех и звон бокалов. Дети знатных семей наслаждались вечером, подготовка к которому была основательной, и всё ради одного человека, который сейчас шёл рядом со мной.

Музыка становилась всё громче, а барышни в пышных, кричащих роскошью платьях встречались всё чаще, как и сыновья знатных семей империи. Они стояли в строго мужской компании с бокалами в руках и с интересом поглядывали на девушек, окруживших мою сестрицу. От одного вида на неё я едва сдержалась, чтобы не поморщиться.

— Если честно, я приехал совсем ненадолго, — послышалось со стороны Яна, когда мы уже почти вышли из сада, наблюдая за красиво украшенным двором, музыкантами, расположившимися на небольшом возвышении, и приглашёнными, заметившими нас.

Мы неспешно приближались к месту празднества, собирая любопытствующие взгляды, среди которых находились Ракель и Мэрвин.

— Спасибо, что вообще приехали, — кивнула я. — С вашей должностью времени на сон, должно быть, не хватает, что уж говорить про остальное.

Ян послал мне благодарный взгляд, от которого я смущённо улыбнулась. Кожу жгло от пристального внимания: ядовитого, обещающего все муки ада, но я не собиралась сдаваться.

— На самом деле я тоже планирую покинуть этот ужин, — с моих губ сорвался вздох. — Подобного рода празднества мне не по душе.

И нет, я не лукавила. Мы с Яном во многом похожи, именно поэтому он заметил меня, а я — его.

— Тогда, — повернулся он ко мне, — давайте прощаться…

И только Ян начал склонять голову, чтобы после удалиться, как по двору разнёсся голос:

— Дамы и господа! Объявляется симфония пар!

От услышанного я задержала дыхание. Ян тоже насторожился. Этот танец был особенным. На него мог пригласить как мужчина, так и женщина. Равноправный, что в нашем мире было большой редкостью.

Гости засуетились, пытаясь выбрать себе пару, и тут я краем глаза увидела движение, от которого по спине прошлась волна ужаса.

Мэрвин…

Этот монстр со слащавой улыбкой на губах шёл ко мне. Он знал, что меня никто не посмеет пригласить, ведь всем было известно, что младший Туаро имеет на меня виды.

— Сбежать не получится, — вздохнул Ян, бросив взгляд в другом направлении, откуда важно вышагивала Ракель, направляясь к нам.

Секунда. Наши с Яном взгляды встретились. Молниеносное принятие решения.

— Может, — улыбнулся он мне, — спасём друг друга?

Его распахнутая ладонь возникла передо мной, отчего Ракель, бедняга, сбилась с шага, а Мэрвин и вовсе опешил от такой наглости со стороны Яна.

— Почту за честь потанцевать с вами, — прошептала я, с трепетом касаясь горячей, слегка шероховатой кожи.

В этот момент музыка заиграла, наполняя воздух льющейся, плавной мелодией и напряжением. Ян сжал мою ладонь, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног, но не от страха, а от предвкушения чего-то нового, волнующего и опасного.

«Война началась!»

15. Я знаю, что будет дальше

Юлиана

— Позволь подлить тебе чаю, — я бережно подняла фарфоровую чашку и направилась к столу.

— Устала от званого ужина? — проницательно спросила бабушка, прекрасно понимая, как тягостны для меня подобные собрания. — Там был твой жених, — с лёгким упрёком покачала она головой. — Могла бы задержаться хотя бы ненадолго.

«Он мне не жених и никогда им не станет!»

В прошлом я пыталась открыть бабушке глаза на истинную сущность Мэрвина Туаро, но она лишь отмахивалась, твердя, что в каждом мужчине дремлет зверь, который не пробудится, если женщина будет вести себя достойно. После этого я оставила бесплодные попытки достучаться до главы семьи. Осознание бессмысленности моих усилий пришло быстро, а затем бабушка и вовсе предала меня, превратив моё изнасилование в инструмент для собственной выгоды.