— Мне… стоит мне кому-то позвонить? — я могла сказать, что Сьюзи чувствовала себя неловко и не на своём месте от такого ужасающего открытия.

— В полицию Чикаго. Позвоните им сейчас, пусть приезжают сюда немедленно, — сказал Натан, несмотря на то что он активно портил место преступления.

— Нет! Я могу позвонить Уэллсу, — умоляла я.

— Хватит, Камилла! Я позволил тебе сделать по-своему, а не то, что следовало, и теперь посмотри, к чему мы пришли! Этот маньяк нашёл тебя. Он пришёл в этот дом! Мы обратимся с этим в полицию.

Он был в такой ярости, что я чувствовала исходящую от него злобу, пока он работал на льду. Холодные мурашки прошлись по моей спине, и я всхлипнула.

Наконец он поднял глаза и бросился ко мне, падая на колени и прижимая меня к груди.

— Прости меня, извини, что закричал. Я просто хочу защитить тебя от этого психопата, а теперь он тут, стучит в нашу дверь, и мне нужно… мне нужно, чтобы ты была в безопасности.

Его голос дрогнул, я вцепилась в его рубашку, зарывшись лицом в его грудь и глубоко дыша.

— Что же нам делать? — всхлипывала я.

— Прежде всего, мы соберём твой чемодан и увезём тебя отсюда. Сегодня ты останешься со мной. Затем мы позвоним в полицию, и бог знает, кому ещё, чтобы приехали сюда и исследовали место преступления. Поговорим с полицией Чикаго, когда они прибудут.

Я кивала, позволяя ему вести меня. Моё тело, как и сознание, должно быть, были в глубоком шоке, потому что я ничего не соображала.

Следующие несколько часов прошли как в тумане. По прибытии полиция Апстейт Нью-Йорк обвела каток жёлтой лентой и проверила каждый дюйм в доме на отпечатки обуви, пальцев и следы ДНК. Они сняли записи с камер видеонаблюдения, взяли наши показания. Я будто двигалась в вакууме, я не особо слышала и видела, что происходило вокруг. Единственная мысль, которая беспрерывно крутилась в моей голове, была о том, что он нашёл меня.

— Мисс Валон? Вы сказали, что получали эти сообщения уже несколько месяцев, но никому не сообщали о них?

Я уставилась на допрашивающего меня полицейского:

— Я рассказала о них своему частному детективу.

— То есть вы утаивали информацию от полиции?

Натан вмешался:

— Достаточно. Никаких больше вопросов, пока не приедет её адвокат.

Я замолчала, цепляясь за человека, который на протяжении месяцев спасал меня каждый раз, когда я разваливалась на части. Он провёл меня в другое крыло дома, в комнату, в которой я не удосужилась ни разу посидеть с тех пор, как приехала. Комната была украшена красным деревом и зелёными цветами — именно в такой комнате предпочёл бы проводить время мой отец. Меня вдруг накрыла грусть, словно кто-то пролил ведро ледяной воды мне на голову.

Сэмюэль стоял посреди комнаты, внимательно изучая всё вокруг своим орлиным взглядом. Он собирал данные для полиции, и я знала, что он наблюдал за каждым человеком вокруг меня, словно ястреб. Он сказал, что ничего не слышал и не видел прошлой ночью, но ему было жаль, что он не мог остановить преступника. Я знала, что это была не его вина, но в тот момент мне хотелось, чтобы он был рядом всё время.

— Сэмюэль, он придёт за мной, — сказала я монотонным голосом.

Натан кивнул:

— Придёт. Тебе нужно позвонить… Как его зовут? Клинт? Позвони ему сейчас же, — он протянул мне телефон, поглаживая по спине, но, когда я не ответила ему, взял мою руку и положил в неё какой-то предмет.

Оцепенелыми пальцами я набрала номер, который помнила наизусть с детства. Человек, знакомым глубоким голосом ответивший на звонок, уже знал, что мне было нужно.

— Буду там завтра.

Глава 28

Натан

Собирать вещи Камиллы в дорожную сумку было словно разговаривать со стеной. В основном я собирал всё, что, на мой взгляд, могло ей понадобиться или понравиться, но в конечном итоге вещей было слишком много, потому что она не помогала мне. Она просто сидела в кресле, уставившись в пол и на свои руки, качаясь взад-вперёд.

Ярость, словно яд, горела в моих венах, но я, как мог, старался сдерживаться. Один из нас должен был оставаться спокойным и мыслить рационально, и вывести нас из этой ситуации… и в тот момент этим человеком была не Камилла. Я готов был сделать всё, чтобы она чувствовала себя в безопасности… насколько это было возможно.