– Ливан?! – ахнула я, чувствуя, как колотится мое сердце. Всего мгновение на размышление и я вскинула взгляд на шикара, который словно чувствовал, что я нуждаюсь в его помощи. – Позволь обнять тебя! – выпалила я.

– Госпожа…

– Я прошу! – взмолилась, делая к нему шаг. – Не стану приказывать! Прошу тебя… как друга!

Я отчетливо видела, как Корнуэл вздохнул, а потом шагнул мне навстречу, обнимая за талию и притягивая меня к себе.

Замерла в его объятиях, ощущая, как ужасающий холод проникает под кожу, как холодит кровь и внутренние органы, но я упорно прижималась к нему, прекрасно зная, что Ливан уже здесь, уже в моих покоях, ведь я чувствовала пронизывающий взгляд боевика.

– Он пришел… – шепнул мой верный страж, обнимая так нежно и трепетно, словно я пушинка, которой каждый может причинить вред.

Превозмогая саму себя, уткнулась носом в шею создания бездны, пытаясь успокоить свое сердцебиение.

«Смотри! Стой и смотри, как я обнимаю другого! Ты же такой меня считаешь! Такой меня видишь! Так и видь дальше! Пусть тебе будет так же больно, как и мне! Думай, что я быстро нашла тебе замену, Ливан!»

Пара секунд моего оглушительного грохота сердца и Корнуэл бережно отстранился от меня.

– Он ушел, госпожа.

– Ушел… – смотрела в пустоту, чувствуя себя выжатой в эмоциональном плане. Хотелось зареветь, да слезы не желали подступать к глазам.

– Может, нужно было с ним поговорить? – спросил шикар. – Ведь не просто так он сюда приходил через портал вашего брата.

– Знаешь, – вздохнула я обреченно, – сводничество тебе не идет.

«Все… Теперь точно все… После того, что Ливан здесь увидел, он возненавидит меня и будет презирать. Говорят, от любви до ненависти всего один шаг. Что ж… Верно говорят…»

41. Ты увидишь настоящего меня

Ливан

Удар… Еще один и еще… Я махал кулаками, откидывая навесную, наполненную песком, грушу, от соприкосновения с которой по рукам проходила легкая волна боли, но она приносила пусть и временное, но все же облегчение.

Не хотел ничего думать, как и говорить. Устал. От всего устал. От своих неверных выводов, от нерешительности, которой у меня никогда не наблюдалось, и совершенных ошибок. В кого превратила меня эта чертова любовь?! Я словно погряз в проклятье, теряя весь вкус к жизни! Она заставляла думать только об одной Ракель! Заставляла мучиться и страдать! Заставляла падать ниже своего собственного достоинства!

«Зачем мне эти чувства?! Не хочу! Я ИХ НЕ ХОЧУ!»

И снова замах… Снова груша отлетела на добрых несколько метров, возвращаясь ко мне…

Лупил по ней словно сумасшедший, хотя в тот момент именно им я и являлся.

Подпрыгнул и со всей дури ударил ногой с разворота, слыша звяканье цепей. Груша не выдержала и оторвалась, с характерным звуком сталкиваясь с полом.

Приземлившись на ноги, тяжело дышал, не отрывая глаз от пришедшего в негодность тренажера, так как один бок был продырявлен, и из него высыпался песок.

– Ты решил мне все здесь изнахратить? – послышалось задумчивое из-за спины.

Сразу догадался, кто нарушил мой покой, если состояние, в котором я сейчас находился, можно было таковым назвать.

– Что на этот раз случилось? Она тебя выгнала? – задал вопрос Лэр, не спеша приближаясь в мою сторону.

– Не хочу об этом, – махнул головой, не собираясь рассказывать, как принцесса обнималась в своих покоях с каким-то мужиком, ведь Лэстеру услышанное точно по душе не придется. Не хотел, чтобы брат думал плохо о своей сестре. Пускай в его глазах она так и остается обиженной жизнью девушкой.

В мыслях вновь предстал образ, как Ракель жмется к черноволосому, и в груди защемило, а под кожей разлилась всепоглощающая ярость.

– Значит, не скажешь, – хмыкнул Лэр, понимая, что да, не скажу. – Ну и не говори, настаивать не буду. Просто знай, что услышанное в ее комнате и увиденное было сделано только для тебя…

– В смысле? – вперил взгляд в Лэстера.

– Понимаешь, – принц набрал полную грудь воздуха, – Ракель всегда знает, кто к ней придет. От нее невозможно скрыть этого. Пусть то будет портал или же ты будешь стоять возле дверей ее покоев.

Смотрел на друга не моргая. Его слова казались какой-то небылицей.