— Мариша, ну, мы же только поговорить, а ты сонными зельями швыряешься. Нехорошо, — сзади опять схватили и жестко прижали мои руки по бокам. Перчатка мягко шлёпнулась на пол.

Люк бросил взгляд на слугу и щелчком пальцев отправил его в сон, на госпожу Торкинс и её подвывания даже не обратил внимание.

— Итак, если ты будешь себя хорошо вести и сама откроешь для моего друга свою магическую память, то всё пройдёт без последствий. — Люк встал впритык ко мне и внимательно посмотрел в глаза.

По кисти опять резанул холод, а Люк с играющим на пальцах заклинанием поднял руку и сжёг мой амулет.

— Ну, готова? — я сглотнула и кивнула, а когда за спиной мужчина пошевелился, врезала ему каблуком по колену, и уже свободной рукой быстро дотронулась до щёки Люка. Оба мужчины на несколько секунд опешили, Люк даже побледнел, а я успела отскочить в сторону за одни из табуретов. Силы меня почти покинули. В глазах плясало, и приближающийся Люк казался смазанным, но я стояла и ждала шанса ещё раз дотронуться до его голой кожи.

— А мы хотели по-хорошему, только с тобой не договориться, — он был в шаге.

— А ты попробуй со мной, — меня приплюснуло к полу невидимой силой, а Люка наоборот швырнула к стене.

Я не видела, что происходило, до меня доносились только звуки и крепкие ругательства. Открыть глаза было очень сложно, при первой попытке всё вокруг так закрутилось, что замутило. Поэтому я мирно лежала на полу и пыталась не уплыть в обморок окончательно. В какой-то момент звуки затихли, слышны были только всхлипы госпожи Торкинс. А затем меня тряхнуло, по всему телу прошла дрожь, немного задержалась на ледяных пальцах и растворилась. С трудом я открыла глаза и увидела перед самым носом радужную сеть. Пошевелиться не получалось, зато очень чётко ощущалось, как меня облепляют нити. И с каждым вдохом становилось понятно, что они медленно, но верно зажимаются. Постепенно они стянули шею, и дышать стало тяжелее. Поблизости опять послышался треск соприкасающихся заклинаний. Что-то упало, и в поле зрения возник главарь наёмников. Его губы быстро шевелились, а руки бросали заклинания. Ко мне он был вполоборота и не видел, сеть. Он метал заклинания в двух противников, которые не оставались в долгу и били по щитам главаря ярким светом.

По моей руке прошёл холод, и сеть перестала своё движение, но лишь на несколько секунд. Дышать почти не получалось, я попыталась подать голос, но не вышло даже хрипа, зато мои старания заметил друг Люка. Нехороший взгляд остановился на моих путах. Именно в этот момент, когда я почти не дышала, наёмник скользнул взглядом в мою сторону. Моментально он поднял руку вверх и крикнул непонятные слова. По комнате как будто прошла дымка от потолка до пола.

Зашевелился старый слуга, что был под заклинанием сна, я смогла вдохнуть полной грудью, а Люк с руганью на исчезнувшие щиты бросился к двери.

Стало действительно легче, я даже села, но оставить глаза открытыми так и не смогла. Сейчас подышу, и всё пройдёт, и никакой больше свистопляски. Время тянулось медленно, слышались быстрые шаги, даже короткий разговор между магом и слугой. Как стало понятно, его хотят оставить с пленными за сторожа. Вывели из темноты полу стоны полу вздохи госпожи Торкинс.

— Не представляете, как было страшно, я даже пошевелиться не могла. А потом они выломали дверь. Ох, мой бедный дом. Но вы такой храбрый, вы меня спасли, — это что поцелуй?

Глаза сами открылись и через лёгкую пелену, я увидела, висящую на маге госпожу Торкинс. Она невнятно щебетала и постоянно сбивалась со слёз на воркование, даже пару раз стукнула кулачком по плечу главаря, потом опять принялась ворковать, охотно выставляя вперёд своё декольте. Маг из вежливости даже заглянул, но по сосредоточенному виду стало понятно, что ему интереснее Люк, чем сомнительные прелести.