— Какая мерзость, — чеканит градоначальник и демонстративно поднимает руки, чтобы они не касались стола. — Вы хотите, чтобы мы ели то, что приготовила проститутка?
Герберт рывком поднимается. Бокал опрокидывается, и красное вино зловеще расползается по скатерти.
— Как смеете вы?! — рычит граф, от ярости едва различая его лицо. — Мало того, что меня пытаются несправедливо обвинить, так ещё и невинную девушку, которая тратит на этот замок столько сил и времени? Всё это враньё, распускаемое вашими, — бросает неприязненный взгляд на Бернарда, — людьми, видимо, от скуки! Иного объяснения у меня нет.
Кроули, слушая это, цокает языком.
— Элис приличная девушка, очень, — подтверждает он.
— Справедливости ради, — отзывается Бернард в попытке унять всеобщее напряжение, — она недавно подавала жалобу на клевету в свой адрес. Я бы не делал поспешных выводов о ней, она создаёт впечатление милой и вежливой молодой девушки.
Но Герберт будто бы и не слышит его. Он сверлит взглядом Ричарда, сдерживаясь, чтобы чем-нибудь в него не запустить или не вцепиться в его глотку, что, верно, читается в поблескивающих оранжевым огнём волчьих глазах.
А тот, будто назло, ухмыляется ядовито и спокойно отвечает:
— Эта девушка уже запятнана, и с вашей стороны неуважение к нам — оставлять её в замке. И тем более позволять готовить! Вы позвали нас, чтобы оскорбить? Кто, по-вашему, в своём уме станет здесь есть?!
Врач сконфуженно отставляет ложку, испачканную во вкусной подливе.
У Герберта подрагивают руки.
— Мне увольнять слуг каждый раз, как кто-то соизволит пустить о них грязный слух? Может, мне и замок этот разрушить только потому, что в нём обитают призраки, как поговаривают многие?!
— Прошу заметить, что не призраки, — встревает Кроули, — а фей…
— Замолчи! — гаркает на него Герберт, прерывая на полуслове. — Я очень устал, — опускается он на своё место так, словно ему выстрелили в грудь, и он вмиг растерял все силы. — С меня хватит… Я не хочу слышать более весь этот бред. Ещё одно слово, — смотрит на градоначальника, — и вы действительно пожалеете, что пришли сюда.
Ричард Даймонд поднимается. Его руки облачены в дорогие чёрные кожаные перчатки, что не совсем прилично за столом мужчине. Очередной жест призрения к замку и его хозяину.
— И что же вы сделаете? — вопрошает он. — Об этом я и говорил, господа. Я оскорбился по вполне понятным причинам и вместо того, чтобы принести свои извинения, мистер Оуэн… вы сами всё слышали. И можем ли мы после этого говорить, что оборотням есть место среди нас?
— Это вы оскорбили меня и мой дом, — возражает Герберт. — И это после радушного приёма и моего… прощения, — цедит он сквозь зубы. — Возможно, я поспешил с этим. То есть, теперь я точно вижу, что поспешил! Миссис Хэт, к вам это не относится, конечно, — добавляет он, что, впрочем, делает зря. Нехорошо заставлять кого-то испытывать неловкость, лучше никого не втягивать в такие ссоры.
— Господа, — робко пытается Кроули хоть что-то исправить, — ведь всё это чистой воды недоразумение, не будем портить вечер! Вино здесь отменное, не правда ли? Давайте выпьем вина?
— Возможно, — роняет Бернард, хотя и не собирался обращать на себя гнев графа, — мистер Оуэн просто выпил лишнего…
— А ведь вы, — пытается Герберт не кричать, — казались мне достойным человеком, вы могли бы стать мне другом! Но вы заодно с ними! — неожиданно для самого себя взрывается он. Хотя мог бы, ведь точно мог, всё исправить и вообще не доводить до такого. Но остановиться нет сил, и Герберт бросает взгляд на, пусть и закруглённый, но нож… Что не могло не остаться незамеченным.
— Довольно… — бросает Ричард. — Мы всё услышали. Я дал вам шанс, мистер Оуэн. Это был жест наивысшей милости с моей стороны. Очень жаль.
Окидывает гостей красноречивым взглядом и почти все тут же поднимаются из-за стола.
Сидеть остаётся один лишь Герберт, даже Кроули поднялся, растерявшись и будто бы смутившись того, что находится здесь.
Взгляд графа, замутнённый и затравленный, скользит по столу и останавливается на ложке, которой ел. Он замечает тонкую, едва заметную полосу фиолетового порошка, засохшего на ней. Странно, ведь в супе ничего подобного не должно было быть…