Усиление хватки на моей шее не дало мне ответить. Это и его губы. Пэкстон поцеловал меня, посылая мне в голову ураган эмоций, слегка ударив о холодильник.

— Ответь мне, Габриэлла. Скажи, что понимаешь, что я говорю тебе.

— Хорошо, да, — солгала я. Понятия не имела, чего он хотел. То есть, понимала, но не до конца. Я знала, чего он хотел, но не могла найти ответа почему.

— Единственная причина, почему ты покидаешь этот дом, это эти две девочки. Если бы это не расстроило их, ты осталась бы дома. Хватит. Тебе стоит остановиться, и я не шучу, что ты останешься вечером дома. Облажаешься еще хотя бы раз сегодня, и будешь мыть туалет, пока мы с девочками будем развлекаться на барбекю. Ясно? Мы друг друга поняли? — спросил Пэкстон, указывая одним пальцем с меня на себя. Я сделала единственное, что знала. Кивнула в согласии.

— Это моя девочка. Пошли. Нужно заехать на работу перед игрой. — И просто так Пэкстон сменил настроение. Я поняла несколько вещей из выученного мной урока.

Пэкстон говорил, что мне делать.

Я делала.

Пэкстон говорил мне прыгать.

Я спрашивала, как высоко.

Пэкстон принимал за меня решения.

Я позволяла.

Пэкстон владел моим телом.

Я была его шлюхой.

Разумом, телом и душой — он владел мной.

Я даже дверь машины сама открыть не могла. И ни в коем случае это не было мило. Ну, может в глазах посторонних. Но не в моих. Это было его проявление власти. Я стояла сбоку, пока Пэкстон пристегивал девочек на сидениях. Может он и был ужасным мужем, но стоило признать, он был хорошим отцом. Мои губы изогнулись, услышав ответ на шутку «Тук-тук. Кто там?» Офелии.

— Ох, ты меня поймала. Эта была хороша.

Офелия захихикала, тряся плечами.

Моя улыбка исчезла, когда он закрыл дверь машины и посмотрел на меня. Положив руку на спину, он притянул меня к своей твердой груди и ухмыльнулся.

— Ты можешь улыбаться. Я люблю твою улыбку и твои губы.

Конечно, я ответила на его поцелуй. Не знаю зачем. Просто ответила. Может мне нравилось целовать его. Может это как-то было связано с моей травмой головы. Но что бы ни происходило — это было странно. Необъяснимо. Чувство, которое появляется, когда ты влюблен, ощущаешь новизну отношений, узнаешь друг друга. Добавьте это к торнадо из сексуального напряжения, ненависти, похоти и враждебности. Что-то обязательно должно было произойти. Взрыв.

Пэкстон открыл мою дверцу, и я скользнула внутрь. Еще один поцелуй, и он пристегнул меня к переднему сидению, как только что сделал с девочками.

Скрытая камера сняла бы обыкновенную семью. Девочки безостановочно говорили с Пэкстоном, я время от времени участвовала в разговоре с нашими дочерями. Но не друг с другом.

И когда мы заехали на место работы Пэкстона, я все еще не до конца понимала, чем он занимался. Мы с девочками ждали в машине, пока он осматривал задний дворик шикарного прибрежного дома. Пейзаж был великолепен. Экзотические растения, придирчиво доведенные до совершенства.

— Значит, папочка заставляет дворы выглядеть красиво. Это его работа, правильно? — спросила я девочек.

— Папочка делает бассейны, — объяснила Офелия.

— И он сажает разные растения. Вот как эти, — сказала Роуэн, указывая на дерево, увешенное красными ягодами.

— Да, это глупо. Кто захочет перечное дерево прямо на подъездной дорожке? — Перечное дерево? Откуда я это знала?

— Так, порядок. Девочки, вы готовы забить пару хоум-ранов? — спросил жизнерадостно Пэкстон, садясь за руль.

— Мама сказала, что это дерево глупое, — конечно же Роуэн должна была сказать это. Громко.

— Я посадил это дерево. То есть, мои ребята его посадили, но идея моя.

— Это глупо, — произнесла Офелия, вставляя свои пять копеек. Никто не спрашивал ее мнения.

— О чем они говорят? — спросил Пэкстон, сдавая назад.

— Ни о чем, просто я не понимаю, зачем сажать перечное дерево так близко к припаркованным машинам.

— Припаркованным машинам?

— Ты ведь знаешь, что делает это дерево, не так ли.

— Знаю. А ты?

— Да, они вырастают до двенадцати метров в высоту и покрываются красными ягодами.

Пэкстон перебил меня прежде, чем я успела закончить.

— Красивыми красными ягодами, которые будут красиво смотреться рядом с пальмами.