— Обождите-обождите… — не усидел в кармане Мыш. — Так вы что, помогать им надумали?!
— Ну, так просят… — пожала я плечами. — Да и жалко всё-таки, сам представь — тыщу лет по подворотням прятаться!..
— Это твое неуемное добросердечие меня просто до сентиментальных слез доводит!.. Ну, хорошо, допустим, мы их спасем…
— Это еще, положим, не факт.
— Я же говорю: допустим!.. — Крыс прищурился. — А вот мне интересно — нам-то что за это будет?!
— Мыш, не борзей!.. У людей горе, неудобно же…
— Неудобно — это когда соседские дети на тебя похожи! — отрезал длиннохвостый. — Так что, гражданочка, мы таки будем говорить за деньги?.. Если нет — мучос грасиас, за бесплатно мы себе и без вас проблем найдем по самое это самое!
— Всё Царство будет благодарно освободителям! Ваши имена выбьют на Священном Коралле на вечное восхваление потомкам, и…
— Нет уж! — перебил Ниссану корыстный крысюк. — Лучше маленький доллар, чем большое спасибо!.. Хотя про потомков — это неплохая мысль…
— Вы хотите золота? — улыбнулась Дочь Моря. — Пожалуйста!.. На дне полным-полно затонувших кораблей, особенно под лежбищем Каракатов! Если вы их уничтожите, мы с радостью достанем вам столько сокровищ, сколько вы пожелаете! Они нам всё равно не нужны…
— Да?! Ага, тогда так: по два сундука на рыло каждому, — принялся загибать когти серый приятель, — нам со Стаськой — по три, мы начальство, нам положено… Полковнику — рубиновый орден, Спирту — ящик коньяку, лет эдак за сто, Андрюхе — серебряную насечку на дубинку, красавчику нашему — доспехи золотые, рыцарь он или нет?.. Потом переплавим, в качестве приданого… Ну, и мне — брильянтовую серьгу в ухо! Давно мечтал… Записали?
— Я запомню, — на полном серьезе кивнула Ниссана, с надеждой глядя на мою прибалдевшую от Мышелевых аппетитов светлость. — Так вы согласны?
Я оглянулась на взбудораженных таким «гонораром» кочевников. Если скажу «нет», они меня сами за борт выкинут!..
— А куда мы теперь денемся?.. Согласны, конечно…
— Да, забыл! — подскочил крыс. — И еще Илу — строгий ошейник, весь в алмазной крошке!.. Вот, псина неблагодарная, помни мою доброту!
— Не волнуйся, — оскалился тот, — уж не забуду!.. Ошейник?! Мне?!..
— Да что ты пузыришься, ну? Может, тебе к лицу будет… или к морде…
— Вообще-то, — задумчиво проговорил Страж Тени, — я крыс не ем. Но в качестве исключения…
— Парни! — цыкнула я. — Потом разберетесь!.. Вам не кажется, что мы тут делим шкуру неубитого медведя?!
Народ смущенно призадумался…
— Если только на живца ловить, — высказался Спиртус. — Но вот незадача — на наш корабль они уже не клюнут…
— На наш — нет! — хлопнул себя по шее Андрей. — А на другой — и даже на несколько других — запросто!
— И где мы тебе их возьмем?! — удивилась я. — Царскую эскадру поджидать будем, что ли?
— Нет, — вздохнул Гронус, — на военные корабли Каракаты не нападают. Опасность чуют.
— М-да… — крякнул Спиртус, — и Его Величество нас, верно, не поймет…
— Я понял, — рыцарь пытливо заглянул в лицо омоновцу, — ты имеешь в виду те корабли!..
— Зришь в корень! — ухмыльнулся Андрюша, потирая руки.
— Вы про что? — явно не догоняя, о чем речь, спросила я.
— Потопленные корабли!
— Так они же нетранспортабельны!..
— Пока — да! — согласился мой сосед. — Послушайте, девушка!.. Среди обломков можно найти пару-тройку еще не совсем сгнивших плоскодонок с минимальным повреждением корпуса?
— Я думаю, да…
— Зер гут! — улыбнулся он. — И еще — нам нужен какой-нибудь сухой док, чтобы всё это починить. Понимаю, что под водой это, мягко говоря, редкость, но иначе мы их просто наверх не поднимем…
— Есть! — радостно засмеялась Ниссана. — Есть такое место! Внутри Утеса Сирен!.. Я с ними договорюсь, они тоже от Каракатов настрадались… Значит, решено?!
— Да! — за всех ответила я, запоздало вспомнив, кто здесь, в конце концов, командир. — Далеко до этого вашего Утеса?..
— Несколько миль. Будет лучше, если мы доберемся водой. К тому же я должна представить вас отцу.
— А корабль?.. — приостановился Гронус, как капитан не желавший бросать ставшее уже родным судно. — Оставить его в дрейфе на этих вот недоумков?!
Он выразительно кивнул в сторону трюма, куда со страху забились впечатлительные матросы.