Для меня это звучало странно — как можно бросить своего ребенка и столько лет практически не обращать на него внимания?

— И что, вы не общаетесь? — осторожно переспросила я.

— Не вижу смысла. — Он снова пожал плечами. — У них своя жизнь, у меня своя. У нас не слишком крепки семейные узы. — Улыбка Алекса стала задумчивой. — Как и у всех демонов в общем-то.

Мой взгляд рассеянно скользнул по темным кустам вдоль дорожки, и вдруг они вспыхнули сотней огоньков, мерцавших и переливавшихся, как драгоценные камни. Светлячки, надо же! Значит, и здесь живет кто-то из малого народца, потому что в городе только рядом с ними светлячки зажигали свои фонарики — эльфы и феи прикрывали жучков магией, чтобы люди не гонялись за ними с сачками. И тут Алекс сделал нечто странное: глянув на меня с хитрой улыбкой, он вытянул руку в сторону кустов и плавно повел — воздух заколебался, как бывает в жаркие дни над дорогой. Светлячки вдруг вспорхнули, закружившись вокруг нас, и я оказалась в светящемся облаке, на несколько секунд даже потеряв ориентацию.

— Они от теплого воздуха становятся активными, — вполголоса пояснил Алекс и вдруг развернул меня, притянул к себе и поцеловал.

Без обычного бешеного напора, без жгучей страсти, нежно и неторопливо. Провел ладонями по спине вниз, забрался под пиджак, погладил поясницу и мягко прижал, а я и не сопротивлялась. Поддалась этой нечаянной нежности, выкинув из головы все лишние мысли, прежние опасения и сомнения. Меня так давно не целовали, черт возьми, и не водили на подобные прогулки по Лондону. Колин предпочитал на уик-энд выезжать в свой загородный дом, а по вечерам зачастую слишком поздно возвращался, да еще и дома порой засиживался за бумагами. Вечерами мы выходили исключительно ужинать в рестораны, иногда в театр или кино. По сути, кроме постели, нас действительно ничего больше и не связывало, и закрался вопрос: а вообще, зачем я связалась с Колином? Потому, что он был удобным, не задавал лишних вопросов и вел себя так, как мне хотелось, не нарушая моего распорядка жизни? Возможно… Так почему, черт возьми, я впустила в свою свободолюбивую одинокую жизнь Алекса?!

Он отстранился, продолжая придерживать меня одной рукой, пристально посмотрел в глаза. Убрал упавшую из косы прядь за ухо.

— Домой? — просто спросил демон.

И я так же коротко, без всяких споров ответила:

— Да.

Обратно мы шли в молчании, и я почему-то улыбалась. На душе было легко, и, даже думая о предстоящей завтра встрече с Колином, я больше не испытывала вины или сомнений. Бабуля права, пожалуй, с ним я слишком долго, да и не подходит он мне. Пусть будет Алекс, хорошо. Потом подумаю, что делать с настойчивым демоном дальше. После посиделок с бабулей…

Дома нас встретила Рысь, сидя у лестницы и обернув лапы пушистым хвостом. И морда у коши была донельзя довольной. Засранка лохматая и предательница.

— Привет. — Алекс бросил ключи на полочку у двери, подошел к кошке и присел, почесав за ухом. — Не скучала тут без нас?

Рысь встала, задрала хвост и обошла вокруг демона, обтерев ему джинсы, потом легко взбежала по лестнице и скрылась на втором этаже. Я посмотрела ей вслед.

— Может, она к тебе пришла, а не ко мне? — задумчиво обронила я, скинув туфли. — Вдруг демонам тоже теперь кошки положены?

Ружинский тихо рассмеялся и вдруг подхватил тихо ойкнувшую меня на руки.

— Нет, Яра, это твоя киса, — весело известил он, поднимаясь по ступенькам. — Просто ей нравится жить здесь, да и все равно, ты же пока тоже в моем доме, — невозмутимо закончил он.

Я не нашлась, что ответить. Ну да, сама говорила бабуле, что будут сложности с животным при моем образе жизни. Вот Рысь и нашла выход… Неожиданно я зевнула и почувствовала, как мягко навалилась усталость — все же денек выдался насыщенным. А завтра предстоит еще такой же, и отдых нам только снится. Мда. О, еще к Гарри заскочить, взять пива для бабули и себя, точно! Наверное, это между посиделками с Аттиной и разговором с Дарреном. Утром надо к себе заехать, взять машину и переодеться, в конце концов, собрать вещи к бабуле.