Демон усмехнулся, придвинулся ближе, не сводя с меня взгляда, и протянул чашку с кофе.

— А тебя это не устраивает? — Он поднял темную бровь. — Кто-то не так давно пытался меня убедить в том, что привык спать в гордом одиночестве, — поддел Алекс с убийственным ехидством.

Я слегка смешалась и села, отведя взгляд.

— А кому-то, помнится, наплевать на мои заявления подобного рода, нет? — проворчала и отобрала чашку с кофе.

Алекс тихо рассмеялся, забрался совсем на кровать и притянул меня к себе, наглым образом забравшись руками под одеяло и блуждая губами по моей шее. Я заметила Рысь, валявшуюся на постели с блаженной мордой и зажмуренными глазами, и снова удивилась.

— Она-то что тут делает? — Отхлебнула божественного напитка, поудобнее устроилась, прислонившись к Алексу, и даже не возразила, когда его ладони мягко обхватили мою грудь, а пальцы начали тихонько поглаживать вершинки.

— Не захотела одна дома оставаться, — охотно пояснил демон, продолжая волновать меня невесомыми поцелуями. — Сама решила поехать.

Я прикрыла глаза, прерывисто вздохнула и снова отпила кофе.

— Так что за дела у тебя нарисовались с утра? — не дала я ему съехать с темы и меня заодно отвлекать.

Хотя такие вот маленькие нежности, совсем не нацеленные на бурный секс, несказанно грели душу. Оказывается, мне нравилось чувствовать себя… просто женщиной. Без всяких «умной, независимой и самостоятельной». Я ведь действительно старалась держать моих прежних любовников на расстоянии, не допуская сближения. Не потому, что боялась, а потому, что… на самом-то деле мне было все равно. Нас связывала только постель, никаких чувств — с моей стороны так уж точно. И до сих пор мне было так удобно жить, никакой смутной тоски или прочего негатива я не испытывала. Сейчас… Да черт, все, сдаюсь, нравилось мне все происходящее до ужаса, до сладкого замирания сердца в груди, и все эти эмоции были внове для меня, и я ими наслаждалась вовсю. Эта ночь и пережитое в той роще действительно что-то изменили во мне, в наших с Сашкой отношениях. Пока я не задумывалась, что же именно, опасаясь лезть в дебри, да и без этого хватало размышлений, в общем.

— Допросить пса и набить морду его хозяину. — Алекс не стал увиливать от ответа.

Откинувшись на спинку кровати, он почти уложил меня на себя, не прекращая своих действий, и напрягшиеся соски уже начало покалывать. Так, стоит прекратить это восхитительное безобразие, а то ведь не дождусь ответов на все мои вопросы. Я опустила ладонь на шаловливые пальцы Алекса и чуть повернула голову, покосившись на него.

— И как успехи? — невозмутимо поинтересовалась, хотя сердце забилось чаще от прикосновений Алекса.

Он же вынул из моих пальцев почти пустую кружку, развернул и усадил лицом к себе, верхом на свои ноги, сделавшись серьезным. Я слегка напряглась, особенно учитывая, что демон мягко сжал мои запястья, придерживая руки.

— Са-а-а-аш? — протянула, прищурившись.

— Это Картер, — выдал Ружинский, глядя мне в глаза.

— Что-о-о?! — Мои брови взлетели аж до уровня волос, и чего было больше, возмущения или удивления, затрудняюсь ответить.

— Он понял, что за ритуал готовится и для чего, — начал объяснять Алекс. — В тот раз, когда прятали колье, знали, от кого. Даррену не составило труда догадаться, на кого объявлена охота. — Ладони демона легли на мою талию, задумчивый взгляд остановился на моей груди, соски на которой провокационно выступали вперед.

Нет, ну а нечего было их гладить! Справившись с порывом скрестить руки и закрыться от нескромного взгляда, я вернулась к теме беседы. Каков некромант, а!

— Не понимаю, какой ему резон натравливать на меня черного пса, — нахмурилась я, напряженно соображая. — Он же так настойчиво предлагал мне сотрудничество на его условиях!

— Яр, если в Лондоне появится сумасшедший метаморф, способный перекидываться в людей и нелюдей, имеющих человеческую ипостась, ты представляешь, во что это может вылиться? — негромко спросил Алекс, погладив большими пальцами тыльные стороны моих ладоней и теперь глядя мне в глаза. — Даррену проще не ловить метаморфа, как мы с Мартином делаем, а грохнуть тех, без кого он не сможет завершить ритуал.