Николь взглянула на Клэя. Отстранив жокея, он собственноручно седлал лошадь. Николь знала толк в лошадях. Французы любили скачки не меньше, чем кто-либо другой на земле, и лошади ее дедушки неоднократно побеждали королевских. Она вскинула бровь. Вот оно что! Его женщины ставят на него?

— Эта лошадь не победит, — решительно заявила Николь. — Не то у нее телосложение. Для такой груди у нее слишком длинные ноги. Такие лошади никогда не бывают хорошими скакунами.

Все, кто слышал ее слова, замерли, не донеся до рта кружки с пивом и элем.

— Послушай, Клэй, неужели ты пропустишь ее слова мимо ушей? — рассмеялся Трэвис. — Мне кажется, она знает, что говорит.

Клэй, затягивавший подпругу, на мгновение замер.

— Не хочешь ли поставить на это немного денег?

Она удивленно взглянула на него. Он знал, что у нее денег нет. Эллен, подтолкнув ее локтем, сказала:

— Пообещай ему подавать завтрак в постель в течение недели. Любой мужчина из кожи вон вылезет, чтобы получить такой приз. — Голос Эллен был далеко слышен. Она, как и все остальные дамы, кроме Николь, была навеселе.

— По-моему, это справедливо, — усмехнулся Клэй, подмигнув Трэвису. Клэй подумал было, что ставки кончились, но не тут-то было.

— А что получу я, если лошадь проиграет? — громко спросила Николь.

— В этом случае я, возможно, принесу тебе завтрак в постель, — сказал Клэй, вызвав у мужчин одобрительный смех.

— Предпочитаю новую зимнюю накидку, — холодно заметила Николь, направляясь к скаковому кругу. — Из красной шерсти, — бросила она через плечо.

Женщины рассмеялись, а Эллен спросила, уверена ли Николь, что она не американка по рождению.

Когда лошадь Клэя проиграла, отстав на три корпуса, ему не удалось избежать добродушных подтруниваний. Спрашивали даже, не следует ли Николь самой заняться табаком и лошадьми.

Женщины направились к дому, со смехом обсуждая победы и поражения. Одна хорошенькая молодая женщина пообещала мужу в течение месяца собственноручно чистить ему сапоги. «Но он не уточнил, с какой стороны их следует чистить, — рассмеялась она. — И теперь будет единственным мужчиной в Виргинии, у которого носки смогут любоваться своим отражением».

Николь, взглянув на целые горы аппетитной еды, вдруг поняла, что умирает с голоду. Тарелки, стоявшие стопками на столе, были настолько большими, что напоминали скорее подносы. Николь положила себе всего понемногу.

— Неужели ты все это съешь? — услышала она за спиной голос Клэя.

— Возможно, даже возьму добавку, — ответила она. — Где мне сесть?

— Со мной, если немного подождешь. — Взяв тарелку, он положил на нее значительно больше еды, чем Николь, потом взял ее за руку и повел к старому дубу. Один из слуг Бакесов с улыбкой поставил перед ними на землю большие кружки ромового пунша. Клэй сел на траву с тарелкой на коленях и принялся есть. Подняв голову, он увидел, что Николь все еще стоит и держит тарелку в руке. — Что случилось?

— Я не хочу, чтобы мое платье стало зеленым от травы, — сказала Николь.

— Дай мне твою тарелку, — попросил Клэй и поставил свою на землю рядом с собой. Потом взял Николь за руку и усадил к себе на колени.

— Клэй! — сказала она, пытаясь вырваться. Но он крепко держал ее. — Клэй, прошу тебя. Вокруг люди.

— Никому до нас нет никакого дела, — сказал он, жарко дыша ей в ухо. — Их больше интересует еда, чем то, чем мы занимаемся.

— Ты пьян? — спросила Николь, отпрянув от него.

Он рассмеялся:

— Ты говоришь, как и положено жене. Да, немного пьян. А ты трезва как стеклышко. Мне это не нравится. Знала бы ты, как восхитительна бываешь, когда выпьешь. — Он поцеловал ее в кончик носа, потом схватил кружку с ромовым пуншем. — Ну-ка выпей!

— Нет! Я не хочу опьянеть!

— Я буду держать кружку у твоих губ. Тебе придется либо сделать глоток, либо испортить платье.

Клэй смотрел на нее с подкупающей улыбкой, словно озорной мальчишка, а ей очень хотелось пить. Пунш был великолепен. Его готовили из трех различных сортов рома и четырех фруктовых соков. В нем плавали кусочки льда. Пунш сразу ударил ей в голову, и она расслабилась.

— Ну как?

Она взглянула на него из-под густых ресниц.

— Ты здесь самый красивый мужчина, — мечтательно произнесла Николь.

— Красивее, чем Стивен Шоу?

— Ты имеешь в виду блондина с ямочкой на подбородке?

Клэй скорчил гримасу.