Даже сейчас, наблюдая, как он развлекает ее родителей, Мара сознавала, что так он пытается ее защитить.

Как только родители заговаривали о ее ошибках и промахах, Джордан ловко переводил беседу на более невинную тему. Мара восхищалась его умением и чувствовала, он не позволит им ее обидеть. Ни им, ни кому-либо другому. Она под его защитой.

Сидя за семейным столом, где стоял все тот же сервиз из костяного фарфора, которым пользовалась ее мать с тех пор, как сама была невестой, Мара чувствовала — нельзя терять голову, иначе сердце, как много лет назад, предаст ее. Тогда ее неосторожная пылкость принесла столько боли и разочарования, что сейчас Мара изо всех сил сдерживала чувства к нему. В конце концов, они с Джорданом решили быть только друзьями. Она сама настояла на этом!

«Да, но… Только посмотри на него! Дилайла права: он безупречен. И с каждым днем становится все привлекательнее».

Вот он облизал губы после глотка легкого вина, и Мара опустила взгляд.

Конечно, Джордан красив. Его несомненная харизматичность околдовывала, гипнотизировала ее. И дело не только во внешности. Не в мужском обаянии, не в той свободе, с которой он откидывался в кресле, с интеллигентной улыбкой слушая похвальбу ее отца. Мара испытывала к нему не только физическое влечение. С Джорданом она чувствовала себя защищенной.

Он заставил сэра Дунстана Брайса рассуждать о достоинствах ловли форели и хариуса и лучших местах для рыбалки в окрестностях Лондона. Как он сумел так быстро определить тему, на которую ее отец действительно любит поговорить?

В Джордане все говорило о надежности, а любая здравомыслящая женщина всегда восхищается такими качествами. Тем не менее, напомнила себе Мара, именно он бросил ее много лет назад. «Возможно, тогда мы были еще не готовы?» Но сейчас она знала, что готова. Готова принять его.

Желание, вдруг разгоревшееся в крови, прежде было ей незнакомо. Мара уже поняла, что не хочет прожить свою жизнь, так и не узнав, что значит любить мужчину, единственного, кто ей нужен.

К моменту, когда они уехали от ее родителей, Мара пришла в странно возбужденное состояние. Они с Джорданом откинулись на подушки в разных углах кареты. Миссис Басби и Томас сидели напротив. Все были утомлены визитом, но последние двое меньше других. Лорд и леди Брайс получали удовольствие от общества внука лишь до тех пор, пока он не начинал капризничать. Тогда наступало время критики и осуждения. Для Мары это был знак, что пора убираться восвояси. Пусть они донимают ее, но она не допустит, чтобы обижали ребенка.

Однако сегодня Маре казалось, что она измотана совсем не так, как обычно. Наверное, Джордан принял основной удар на себя.

— Боже мой! — воскликнул он. — На Венском конгрессе было легче.

— Мне очень жаль…

— Нет-нет, они вовсе не так уж плохи. — Джордан махнул рукой и рассмеялся.

— Вас просто Бог послал.

— Как вы себя чувствуете? Вот это настоящий показатель.

Мара прислушалась к себе.

— Цела.

— Отлично. Зовите, если понадоблюсь. — Его мягкая улыбка наполнила Мару слишком сильной благодарностью, чтобы она посмела выразить ее приличным образом при ребенке.

Жаркая волна страсти, захватившая все ее существо, потрясла Мару своей новизной. За годы брака она не испытала ничего подобного. Мара вдруг остро почувствовала, что рядом — сильный, здоровый мужчина. Боже, она уже забыла это юное, жгучее ощущение — желание.

Страсть проснулась в ее спящем теле и без спроса захватила его целиком. Как ни странно, Мара не чувствовала смущения. Напротив, ей казалось, что это вернулась она сама, настоящая. Со всеми недостатками, достоинствами, порывами и надеждами. И этой Маре нет дела до тех, кто станет ее осуждать.

Она взяла Джордана за руку. Он ответил ей удивленным взглядом.

— Вы хорошо себя чувствуете? — с беспокойством прошептал он.

Мара молча кивнула. Слова не могли выразить ту путаницу эмоций, которая терзала ее душу. Джордан внимательно посмотрел ей в лицо, больше не стал ни о чем расспрашивать, но сильнее стиснул ее ладонь.

Мара закусила губу — прикосновение его ладони усилило ее возбуждение. Джордан вдруг понял, что она хочет его, — может быть, почувствовал лихорадочный пульс на кисти.