Мысли о Джордане и той ночи разбудили в ней тоску и неудовлетворенное желание. Она слишком давно его не видела. А он ведь тоже должен скучать по ней.

— Вот, надень. — Дилайла вынула из-под сиденья черную шелковую полумаску и сунула ее Маре.

— Откуда она у тебя в карете?

— Да у любого есть!

Мара рассмеялась.

— Но зачем она тебе, Дилайла?

— А как же иначе, дорогуша? О, тебе еще предстоит научиться быть веселой вдовой. — Дилайла стрельнула глазами на спутника. — Дорогой мистер Болл-Хьюз, если мы едем в клуб, где занимаются «особыми практиками», то предупредите нас сразу.

— Практиками? — Мара переводила недоуменный взгляд с подруги на молодого человека. — Какими практиками?

— Не обращай внимания, дорогая. Он знает, о чем я. Вам надо что-нибудь объяснять, мой молодой друг?

Он рассмеялся.

— Я слышал, что наверху есть опиумная курильня, но кроме этого — ничего… э-э-э… необычного. Откуда вам известно о таких вещах, миссис Стонтон? — с нескрываемым восхищением протянул молодой повеса.

Дилайла закатила глаза.

— Так о каких же практиках речь? — повторила вопрос Мара.

Дилайла посмотрела на нее укоризненным взглядом.

— И правильно, — пробормотала Мара. — Может быть, мне и не надо знать.

Наконец они подъехали к непрезентабельному кирпичному дому в районе лондонских доков. «Атласная туфелька». Мара во все глаза смотрела в окно кареты.

— И вы утверждаете, будто здесь сейчас находятся некоторые из самых влиятельных людей Англии?

— Безусловно. Здесь бывает даже регент.

— Не может быть! — Мара удивленно обернулась к спутнику. — Только не его высочество. Я думала о нем лучше.

— Ну, в конце концов, я могу и ошибаться, — не стал настаивать «золотой мальчик». — Но уверен, что все его братья бывали здесь.

— В это я могу поверить. — Принцы часто попадали в самые чудовищные скандалы.

— Ну что, леди, вперед? — Мистер Болл-Хьюз грациозно соскочил со ступенек коляски и обернулся, чтобы подать руку дамам.

— Думаю, это будет забавно, — усмехнулась Дилайла, опираясь на его руку в белой перчатке.

— Или ужасно, — пробормотала Мара, когда новоявленные искатели приключений оказались у входа.

— Все в порядке. Они со мной, — с гордым видом заявил Болл-Хьюз парочке огромных вышибал в дверях заведения.

Мара поглубже запахнула накидку, стараясь скрыть нарядное бальное платье. Ее щеки горели от возбуждения.

— Держите, ребята. — Их провожатый сунул купюру в нагрудный карман одного из охранников, и тот отступил на шаг в сторону.

— Неплохо, — двусмысленным тоном заметила Дилайла и положила ладонь на грудь второго гиганта, чтобы сдвинуть того с дороги. — Разойдитесь, мальчики. Я покажу вашим маленьким шлюшкам, как это делается.

Мара пришла в ужас от ее игривого тона, но послушно прошла вслед за Болл-Хьюзом в огромную, безвкусно обставленную и кричаще отделанную гостиную, в которой оказалось удивительно много народу.

«Как я решилась на такое?» — думала Мара, с отвращением ощутив затхлый запах, замаскированный дешевыми духами. Ее удивило большое количество полуобнаженных женщин, свободно расположившихся среди мужчин.

В следующий момент она уже не жалела, что приехала, ибо в дальнем углу гостиной увидела Джордана. Увидела и сразу испытала громадное облегчение — Джордан не делал ничего дурного, а просто разговаривал с Альбертом Кэру у стойки бара.

«Ну, убедилась?» — спросила себя Мара с непрошеной улыбкой на лице. Как она могла в нем сомневаться? Единственный взгляд на него вернул ей душевный покой, и она, как всегда, не могла уже оторвать глаз от его стройного, мускулистого тела.

Конечно, ему нет дела ни до каких продажных женщин. В одну минуту все ее страхи испарились как дым. Теперь уже Мара была уверена, что Джордан не рассердится на ее появление. Удивится, конечно, но не возвращаться же ей? Все зашло слишком далеко.

Стараясь перенять у Дилайлы хотя бы долю ее вызывающей уверенности, она расправила плечи и решительно направилась к донжуану, который только неделю назад демонстрировал ей свое искусство.

Мара уже не сомневалась, что, если бы Джордану сегодня понадобилась женщина, этой женщиной стала бы она, а не кто-нибудь из этих бесчувственных шлюх. Кстати, ему не пришлось бы платить.