Наконец Ирочка гостя на такси привезла. Семья из окошка смотрела. Дэвид из машины вышел, головой своей ушастой по сторонам вертеть стал, на пятиэтажку с интересом глядеть. А семейство ахнуло.
— Бог мой, никак карлик! — воскликнула мама.
— М-да уж, — крякнул папа.
Но Ирочкина родня люди истинно русские, а это значит — добрые и терпимые. Опять же квартирный вопрос о себе забыть не давал. Поэтому, пока Ирочка с гостем на четвертый этаж по лестнице поднимались, семья физиономии свои в порядок привела, и, когда дверь открыли, ни у кого и тени удивления или разочарования на лице не было.
Встретили гостя радушно. Кормили разносолами, спиртное на любой вкус предлагали.
Дэвид не скромничал. Лопал охотно, от водки отказался, но коньяку откушал.
Близнецы концерт по заявкам показали. Пели дуэтом про голубой вагон и еще «Самоволочку». Потом на бис «Яблочко» сплясали. Дед фотографии фронтовые показывал, про встречу с союзниками в Западной Европе вспоминал и все просил Ирочку перевести его вопрос: почему же союзники слишком со вторым фронтом тянули, нехорошо это. Ирочка деду кивала, но слукавила, не перевела.
Тут, как назло, время отключения электроэнергии наступило. Свет погас на полчаса прежде обычного срока. Дэвид на полуслове поперхнулся. Похоже, испугался. Но папа быстро свечки в рюмочках расставил, позажигал. Ирочка объяснила гостю местную проблему, но тот так и остался в большом недоумении.
А в целом встреча прошла в теплой дружественной обстановке. Прощались в крохотной прихожей шумно, жали руки, приглашали прийти еще завтра. Дэвид благодарил, улыбался, жал руки в ответ.
Ирочка опять на такси повезла гостя в отель. По пути, пока по темным улицам ехали (свет-то целыми кварталами отключают!), Дэвид планами своей поездки в Москву поделился, немного о семье своей рассказал, приветы передал.
Дома после Ирочкиного возвращения семья совет на кухне держала. Мнения разделились. Лена считала, что наша Ирочка — умница и душа золотая — стоит жениха покрасивее. Ну, пусть не принца, но не метрового же ушастика, хоть и американца!
Тут папа неожиданно за Дэвида вступился. Сказал, что мужик крепкий, самостоятельный. А с лица воды не пить. И мама его поддержала. Близнецов к участию в голосовании не допустили, а вот дедушка объявил себя воздержавшимся.
— Ну а ты-то сама что думаешь? — обратились к Ире.
— Ой, да не знаю. Он хороший. Как-то жалко мне его. Маленького.
О, русские женщины! Как часто чувство жалости к мужчине заменяет вам любовь! В душе Ирочка уже решила, если Дэвид сделает предложение, она согласится. Пора ей уже, да и у семьи квартирная проблема несколько сгладится. Надо же, в конце концов, и о близких думать.
А вот Дэвид делать предложение не торопился, второй и третий день его пребывания прошли в экскурсиях и прогулках по осеннему лесу, а на четвертый он отбыл в Москву. Так ничего по интересующему вопросу и не сказал.
— Козел! — высказался дед.
Мама вздыхала, Лена целовала Иру в щеку.
«Что ты будешь делать? — думала Ира. — Ну почему у меня все не как у людей? У всех принцы, свадьбы, семейное счастье, а я — как заговоренная. Нет, этих мужчин не поймешь, зачем же девушке голову морочить?»
Приезд Дэвида еще неделю занимал умы домочадцев, но постепенно все стало забываться, жизнь вошла в прежнее русло. Больше на эту тему никто не заговаривал, и Ирочка за то была родным благодарна.
В течение месяца Ирочка почту электронную не смотрела. А когда глянула — ахнула. Дэвид прислал красочную анимационную открытку, в которой просил ее стать его женой!
Ирочка даже некое чувство торжества испытала. И семейство оживилось. Мама с гордостью соседкам говорила, что Ирочке американец предложение сделал, что дочь ее теперь в Америку собирается, а там и они на свадьбу поедут. Подробности о женихе мама благоразумно опускала. Соседки ахали, завидовали.
А Ирочка и вправду засобиралась. Дэвид опять ей деньги на билет выслал и с приездом торопил.
Собралась наша девушка скоро. И визу, как ни странно, ей быстро оформили. И вообще все как-то споро пошло. Поэтому к Рождеству Ирочка вылетела в Сан-Диего.
И снова долгий полет. Анкоридж, Сиэтл, а там и Калифорния.