— Тебе ещё и на работу потом? — подруга коротко посмотрела на меня.

— Да, — я поджала губы.

Катя ехала не очень быстро — снегоуборочная техника всё ещё не очистила дорогу, как положено, особенно учитывая, что до спальных районов добирались в последнюю очередь. Всю ночь валил снег. Рассвет только-только занимался, в тёплом салоне хотелось спать и я сама не заметила, как задремала.

— Вот с*ка! — взвизгнула Катя.

Машину дёрнуло в сторону, я открыла глаза шумно вдыхая и рефлекторно схватилась руками за кресло.

— Что случилось?! — испуганно спросила я, пытаясь хоть как-то сориентироваться.

— Какой-то дебил меня подрезал, ну, щас я его догоню!

Машина резко набрала скорость.

— Да пофиг, Кать! Кать, успокойся! Ну подрезал и ладно! Не гони!

Всё ещё оставаясь в шоке от резкого пробуждения, я вглядывалась в машины впереди и пыталась понять, кого из них подруга так яростно хочет нагнать.

— Вот он, — буркнула Катя и перестроилась в ряд правее.

Хорошо, что мы подъехали к светофору и машина затормозила. Сердце, вырывающееся из груди, немного успокоилось, я перестала судорожно цепляться за кресло и только вертела головой в поисках Катькиного обидчика.

Подруга смотрела вправо, злобно прищурив глаза. Она опустила окно и посигналила X5-ой «Бэхе», стоящей в следующем ряду. Знакомая машина, так-то.

Тонированное стекло опустилось и в окне показалось уже точно знакомое лицо. За рулём сидел наш одногруппник Марк Аверин. Он широко улыбался и чуть щурил синие глаза в обрамлении длинных ресниц. Ещё и загорелый такой, в одной рубашке. Ну не студент, а парень из рекламы…

— Ты чё, совсем уже?! — выкрикнула Катя и покрутила пальцем у виска.

— Синица, здорово! — это он мне.

Марк всегда меня так называл из-за фамилии Синицына. Я чуть сползла в кресле и покосилась на него. Блин, не могу смотреть на этого парня слишком долго, чтобы не начать смущаться и краснеть.

— Привет, — бросила я. — Ты нас чуть не угробил.

— Идиот! — возмутилась Катя.

— Не угробил же! — Марк хохотнул, взглянул на светофор и поднял стекло.

— Вот скотина, — проворчала Катя. — Я ему в универе ещё скажу пару ласковых.

Когда Марк резко стартанул со светофора, я выдохнула с облегчением.

— Чего ты вздыхаешь? — недовольно спросила Катя. — Вечно его защищаешь. Этот мажор об нас всех ноги вытирает, смотрит сверху вниз, а ты вздыхаешь по нему.

— Ничего я не вздыхаю! — возмутилась я. — И не об кого он ноги не вытирает. Ну, да, избалованный, конечно.

Подруга покосилась на меня самым неодобрительным взглядом. Да, Марк, был красавчиком — обаятельным и харизматичным, с этой вечной голливудской улыбкой и хитрым взглядом. Душа компании, можно сказать, хотя и вёл себя иногда вызывающе.

Нравится ли он мне? Ну, скорее да, чем нет. Только вот такие как он и такие, как я — совсем не одного поля ягоды.

До самого универа мы с Катей молчали. Когда, наконец, доползли до аудитории, где вот-вот должен начаться экзамен, я поняла, что Аверина до сих пор нет, хотя вся группа уже на месте.

— А Марк приходил? — я подошла к Миле.

Мила тоже из обеспеченной семьи, родители Милы и Марка старые друзья и партнёры по бизнесу. Она постоянно тусуется с Марком, но вроде как, они друзья и только.

— Не приходил, — не отвлекаясь от телефона бросила Мила.

Учитывая снегопад, гололёд и скорость, с которой парень стартанул на светофоре, случиться могло что угодно. Спина как-то похолодела. Я повертела в руке телефон, но всё-таки решила набрать — староста просто звонит одногруппнику, что тут такого?

Но Марк трубку так и не взял.

Глава 2

Я потопталась на месте, продолжая слушать гудки на протяжении уже нескольких минут. Тот самый холодок, пробежавшийся по спине, снова одолел. Беспокойство нарастало.

— Регина, ты чего? — Катька щёлкнула пальцами у меня перед глазами.

— Аверин не приехал, — рассеянно проговорила я.

Подруга сначала вопросительно приподняла бровь — она всё ещё злилась на то, что он её подрезал, но потом покачала головой соглашаясь со мной — в такую погоду мало ли, что творится на дороге.

Я решила войти в аудиторию в числе последних. Весь устный экзамен отвлекалась и забывала слова.

— Регина, вы очень рассеяны, — Игорь Николаевич недовольно вздохнул.

— Извините, — ответила я.