— Чувак, она даже не спросила наши документы. Воспользуйся случаем! — Гаррет улыбается, пытаясь убедить Алекса выпить.

— Нет. Спасибо. — Решительно говорит Алекс.

— Как хотите. Нам больше достанется, — говорит Гаррет, поднимая кружку, чтобы чокнуться с Даксом.

Интересно, как Алекс вообще дружит с этими парнями. Они не относятся друг к другу с уважением. Черт, они даже не похожи друг на друга. Тем не менее, они в группе и проводят почти все свое свободное время вместе. Я не понимаю.

Так нервничаю, что разбираю салфетку для коктейля, отрываю кусочки и делаю маленькие шарики.

Тристан возвращается к кабинке, садится рядом с Гарретом и хватает его кружку, полную пива.

— За новых друзей, — говорит он, подмигивая мне. — Твое здоровье!

Я поднимаю ледяную воду и киваю головой в сторону группы.

— Спасибо, — говорю я. — Ваше здоровье.

Алекс молчит на протяжении всей дискуссии.

Я снова чувствую его руку на бедре чуть выше колена. Он начинает мягко потирать мою коленную чашечку, затем наклоняется ко мне так, что ртом прижимается к моему уху.

— Табита, мне так жаль, — шепчет он, когда его теплое дыхание задерживается на моей шее. — Мне очень жаль.

Это вызывает озноб, и я дрожу. Уверена, что он заметил, и теперь я смущена своей реакцией. Но ничего не могу поделать. У меня есть физическая реакция на его присутствие. Начинаю гореть повсюду, и я до сих пор не понимаю, нравится ли мне это. Не хочу отступать, но мне приходится это сделать. Нам не нужно больше переживать из-за парней. Больше не могу терпеть этот дискомфорт. Мне нужно встать, но я в ловушке.

Откидываюсь назад в кабинку, чтобы рот Алекса больше не был опасно близок к моему уху, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него и улыбнуться.

— Все в порядке. — Говорю я.

Но на самом деле, это не так. Мне не нравится, когда меня заставляют чувствовать себя таким образом. Я уже ненавижу себя и то, кем стала. Холодный прием, который получаю от этих парней, просто добавка к моим проблемам, а я просто не могу больше это терпеть.

— Извините, — тихо говорю я. — Мне нужно в туалет. — Дакс ухмыляется, вылезает из кабинки, а Алекс медленно следует за ним. Теперь у меня есть маршрут побега.

Я выхожу из кабинки и иду к туалетам. Дакс хватает меня за руку и прижимает к себе, чтобы сказать мне на ухо. Я вся сжимаюсь, пытаясь оттолкнуть его.

— Не сделай ему больно, Табита, — говорит он и быстро отпускает мою руку. Черт, будет синяк.

Я взволнована, практически бегу в туалет.

Запираюсь в кабинке, сажусь на закрытое сиденье и кладу голову на руки. Этого слишком много. Алекс хоть стоит тех неприятностей, которые я переживаю из-за его друзей? Мне нужно выбираться отсюда. Бежать. Снова.

Трачу около десяти минут, пытаясь успокоиться. Выхожу из кабинки, мою руки и брызгаю холодной водой на лицо. Смотрю в зеркало на свое жалкое лицо.

— Ты такая трусиха, — говорю своему отражению.

Открываю дверь, выхожу и сталкиваюсь прямо с Алексом.

— О! — говорю я. — Что ты здесь делаешь?

Он протягивает руку, мягко хватает меня за руку и ведет в пустую комнату. Это должно быть гостиная, где группа зависает в ожидании выступления.

Когда дверь закрывается, он поворачивает меня и прижимает к ней спиной. Кладет руки по обе стороны от моей головы и наклоняется так близко, что наши губы едва соприкасаются. Он смотрит мне в глаза, почти прожигая дыру в моей голове. Я глубоко вдыхаю, а он набрасывается на мои губы. Его поцелуй грубый и голодный. А язык сразу же проникает через мои губы и нападает, переплетаясь с моим. Я напрягаюсь и пытаюсь отойти.

Не могу отдышаться и начинаю паниковать.

Он отстраняется и снова смотрит мне в глаза.

— Табита, — тихо говорит он и облизывает губы. Затем кусает нижнюю губу, продолжая смотреть. — Пожалуйста, скажи мне, что я не перехожу границы. — Он выглядит взволнованным.

Гробовая тишина.