Я принимаю душ, потом, вместо того, чтобы лечь спать, зачем-то иду на кухню и включаю чайник.

Нет. Я не должна о нём думать. Мне надо просто успокоиться и лечь спать, чтобы завтра проснуться и пойти на работу с ясной головой.

Завариваю ромашковый чай и забираюсь на подоконник с ногами.

Нет. Ну, каков наглец, а?

Неужели, Саша не понимает, что после всего случившегося мы не сможем нормально общаться.

Или он до сих пор считает меня своей собственностью?

Когда раздаётся звонок в дверь, я от неожиданности подскакиваю с подоконника и опрокидываю на себя чай. Благо тот уже остыл.

Ночь. Всего несколько человек знают, где я живу. Стариковы и Артём.

Стариковы, наврятли, придут в такое время, тем более я уехала от них пару часов назад.

Значит это Артем.

Только что такого случилось, если он примчался так поздно?

Потом, я буду сотни раз себя проклинать за то, что не посмотрела в глазок, а сейчас, я стою и во всё глаза смотрю на бывшего мужа.

Саша тяжело дышит. Стоит уперевшись рукой в стену и слегка склонив голову.

Мы молчим. Я, потому что не ожидала его увидеть и нахожусь в самом настоящем шоке, а он..

Почему молчит он, я не знаю.

— Марина, — Саша делает шаг вперёд, я, на автомате назад.

Вот он уже оказывается в квартире.

Пространство в моей и без того маленькой прихожей сужается.

Мы не касаемся друг друга, но моя кожа горит и покалывает.

То, что я чувствую, не объяснить словами. Мне и страшно из-за того, что он здесь, и, одновременно, хорошо, потому что, что ни говори я скучала.

Вытираю повлажневшие ладони о халат и сглатываю образовавшийся в горле комок.

— Ты не ответила на мой звонок, — хрипит Саша.

— Потому что нам не о чем разговаривать.

Я и сама свой голос не узнаю. Он дрожит и звучит, Как-то жалко.

Я и сама жалкая, потому что сейчас наслаждаюсь мгновением рядом с бывшим мужем. Заново впитываю в себя его образ. Подмечаю новые морщинки в уголках глаз и тёмные круги.

— Есть, Марин. — Покровский берёт меня за руки, скользит чуть выше, останавливая ладони на локтях.

Я изо всех сил стараюсь оставаться безразличной. Не поплыть из-за его прикосновений и не набросится на него.

Сердце в груди разрастается до неимоверных размеров, подскакивает куда-то к горлу и бухает вниз, отдавая приятной тяжестью внизу живота.

С Сашей так всегда. Запредельно. На грани сознания. Слишком остро. Слишком сладко.

— Это касается Артема. — выдыхает Саша

— Твоего жениха.

— Тебя моя личная жизнь не касается, — шепчу я в ответ, хмурясь.

Действительно, как у него совести хватает что-либо мне говорить?

Я дергаюсь, пытаясь сбросить руки бывшего мужа с себя, но Саша лишь усиливает хватку, резко дергает меня, впечатывая в своё тело.

— Касается, Марина. Ещё как касается. Ты не должна с ним встречаться. — последние слова Саша, буквально, рычит мне в губы, опаливая их своим горячим дыханием

Я задыхаюсь от возмущения и возбуждения.

Я должна его оттолкнуть, но вместо этого хочу прижаться к твёрдым сухим губам, ощутить их вкус.

Взгляд Покровского темнеет

— Пусти, — принимаю слабые попытки вырваться.

— Я не могу, не могу. — с отчаянием выплевывает мой бывший муж, а в следующий момент я ощущаю его губы на своих.

Теряюсь в ощущениях. Дрожу, хватаясь за мужские плечи, боясь упасть.

Саша меня не целует. Он пожирает мои губы. Кусает и тут же зализывает раны. Вгрызается в мой рот.

Я не замечаю, как оказываюсь прижатой к стене твёрдым телом.

Саша кладёт руки мне на бёдра, заставляет обхватить себя за торс ногами.

На мне нет трусиков и я слишком остро ощущаю, как его возбуждённый член упирается в моё лоно.

— Девочка моя. С ума сойти.

Сквозь шум в ушах до меня доносится грозный рык Саши. Он делает поступательные движения бёдрами, создавая чудесное трение.

— Хочу тебя. Сдохнуть можно, как хочу.

Мои ноги соскальзывают на пол. Дрожащими пальцами тянусь к ремню Саше, пытаюсь его расстегнуть.

Бывший муж помогает мне, приспускает штаны, снова подхватывает под бёдра и входит в моё тело одним резким толчком.

От резкого вторжения я чувствую боль, которая моментально проходит.

Саша не даёт мне передышки. Сразу начинает двигаться. В прихожей раздаются шлепки, наше хриплое дыхание и стоны сливаются.

Я царапаю плечи Саши, запрокидываю голову.

Оргазм настигает внезапно. Пальцы на ногах сжимаются.