— Уколы в попу. Спи. — требовал беспрекословного подчинения, ибо держать себя в руках, точнее кое-что другое в трусах было уже сложновато, а крепкий сон желанного объекта мне бы очень помог с этим справиться.

Крайнее моё слово для Тани стало решающим, она быстро заснула. Я в принципе тоже недолго маялся, мыслей в голове была масса, но сопящая в плечо Синичкина их словно угомонила. Мы вновь спали вместе, и я уже даже не представлял, как возможно без Тани лечь в кровать, что меня совершенно не пугало.

Татьяна

Естественно, утром Максим меня никуда не пустил. На работе ещё со вчерашнего дня знали, что я болею и разборки с отцом и его невестушкой тоже пришлось отложить. В чужих четырёх стенах сидеть было непривычно, да и я переживала, что стесняю бабушку Максима, поэтому решила погулять с Кротом тем более ему и так надо было на улицу с утра. На секунду засомневалась, что мне и это можно, но Макс был в ванной комнате и у меня был отличный шанс улизнуть. Но я всё равно заготовила речь о пользе прогулок на свежем воздухе для больных, на случай, если Максим меня застанет в прихожей и воспротивится.

— А ты куда? — от удивлённого вопроса я вздрогнула, — Если в магазин, то надо купить уксус яблочный и средство для мытья посуды и хлеб свежий возьми на обед. — сказала бабушка Максима, проходя по коридору.

— Я с Кротом на прогулку. — говорила тихо, чтоб Макс не услышал и не пресёк мой жалкий побег раньше, чем я успею убежать. — Я быстро, потом схожу в магазин.

— А я с Пирожочком уже погуляла. Деньги есть? — поинтересовалась бабушка Максима, которая до сих пор оставалась для меня бабушкой Максима.

Имени её я не знала и как-то не довелось спросить, да и Максим не представил. Бабуля, и только.

— Есть! Есть, конечно, вы не подумайте ничего такого. Я работаю и зарплату получаю, и аванс тоже… — я начала нести несусветную чушь, понимала это, но не могла остановиться. — Если мы вам с Кротом мешаем, то я сейчас же такси вы…Вызову. — подавившись последним словом, договорила чушь эту, заикаясь, и шёпотом, потому как за спиной бабушки Максима уже стоял сам Максим.

В коридоре словно сгущались тучи от одного его недовольного взгляда. При этом гробовая тишина. Я ждала, что бабушка Максима что-то скажет, разрядит обстановку и дождалась;

— Вспомнила. Масло ещё сливочное возьми. Только состав смотри, чтобы сливки были и ничего больше! А то сейчас все хитрые стали. Купишь пачку масла, а там и не масло вовсе, а пальма целая упакована. — бабуля поправила фартук, и минуя стоящего неподвижно Максима, ушла на кухню.

Я судорожно соображала, что сказать, но Макс уже подошёл всё так же молча ко мне, и подхватив под руку, отвёл в комнату так быстро, что я не успела оставить сапог. Так и держала в руке обувь, потеряв уже надежду обуться и выйти из этой квартиры.

— Это что за дела такие Синичкина?! — далее последовал странный манёвр, Максим упёрся своим лбом в мой лоб и тяжело дыша, ждал ответа.

Прям как два барана бодаемся и смешно, и грустно. Хотя последнее скорее было из-за поступка отца.

— Ну а что я-то? Я ничего. Мне в магазин надо твоя бабушка сказала масло купить. — боднула Максима, чтоб посторонился, и пошла обратно, быстро перечисляя в уме список покупок.

Хотела быть полезной и точно ничего не забыть.

— Вообще-то, ты болеешь. — догнав меня в прихожей, напомнил Макс.

— Гулять на свежем воздухе больным полезно. Температура у меня нормальная. — отчеканила, натягивая сапоги один за другим, чтобы уже наверняка.

— Так гулять же, а не по магазинам ходить. — резонно заметил Максим тоже при этом одеваясь.

Так и знала, что пойдёт со мной. Я боялась даже самой себе начать казаться неблагодарной свиньёй, но Максима было слишком много. С непривычки и при ещё недавних моих сомнениях насчёт наших отношений это начинало напрягать. Я элементарно хотела побыть одна, но не стану же гнать Максима прямым текстом.

А ведь всё так хорошо начиналось и надо же было отцу связаться с этой мымрой! Сейчас имя этой сучки получило прочную ассоциацию с неприятностями и хотелось её прибить или насолить ей по-крупному!