Светлые пряди устилали пол, и я сжал челюсти. Одна только мысль о том, что кто-то делает больно Тесс, заставляла меня видеть литры крови и акры гребаной бойни.

В голове возник звук огромных, зловещих часов. Тик-так, отсчитывая секунды, отмечая моменты жизни Тесс в подвешенном состоянии. Я должен был найти ее, прежде чем стало слишком поздно.

Что-то хрустнуло под моим ботинком, и я наклонился посмотреть. В тот момент, когда я взглянул на это, моя мигрень из мучительной усилилась до убийственной.

Я повалился на бок, и тут появился Фредерик, сказав мне через плечо:

— Твою мать, это не хорошо.

Я был полностью с ним согласен.

Доказательство того, что случилось с Тесс, разъярило зверя, который царапался в моей голове. Я забыл обо всем, кроме необходимости погрузить свои руки глубоко в грудь похитителей и вырвать их гребаные сердца.

«Я хочу крови. Хочу видеть трупы. Я хочу танцевать на их безымянных могилах. Я не успокоюсь, пока каждый человек, вовлеченный в это похищение, не умрет медленной и мучительной смертью».

Моя рука сжалась вокруг объекта моего гнева, и я дал клятву. Я найду Тесс, спасу ее и убью каждого последнего сукина сына, похитившего ее.

Прозвучал звон разбитого стекла, смешиваясь с моим суровым дыханием. Разбитый шприц порезал мою ладонь, и одинокая капля крови приземлилась в лужу воды.

Шприц, который накачал наркотиками Тесс и украл ее у меня.

Моя эсклава, сильная и жестокая и дико сексуальная, была похищена.

Я больше не был ее клеткой.

Ею стали они.

Глава 8

Не оказывай мне милости, не делай поблажек, мне нужно, чтобы ты затянул петлю.

Тесс

— Это я приказал им привести тебя, эсклава.

— Ты и вправду думала, что я могу тебя хотеть?

— Мне мало тебя. Я обманывал себя, но пришло время покончить с этим. В этот раз ты попадешь к владельцу, который хочет тебя.

Слезы лились по моим щекам, когда я забилась на полу в ногах у Кью. Он стоял гордый и царственный, полностью закрытый и был похож на робота. Ни заботы, ни чувств, ни любви или желания в его глазах.

Только чистое, расчетливое равнодушие.

— Ты не хочешь этого. Только не ты. Я знаю тебя, Кью. Я знаю теб… — Я судорожно глотала воздух, рыдая от его отрешенности.

— Все кончено. Ты мертва для меня. — Он развернулся и направился к двери, оглядываясь, глумливо сказал на прощание: — Не позволяй росомахам разорвать тебя живьем.

Дверь захлопнулась, и я осталась в окружении сухих веток и грязи лицом к лицу с тремя расхаживающими вокруг, голодными росомахами. Наполовину волки, наполовину барсуки, дьявольские отродья истекали слюной и шагали взад-вперед, их желтые глаза светились от мысли о легкой добыче.

— Кью! — закричала я, карабкаясь назад. Росомахи достигли размеров динозавра, у всех был выбит штрих-код на лохматой груди. Они рычали, и кровь сочилась изо рта, текла красной рекой, окружая мои ноги.

Я в аду. Я умерла, и это мое наказание.

— Прекрати кричать, путана. Черт возьми, я пытаюсь уснуть. — Что-то острое врезалось мне в бедро, и я с трудом открыла тяжелые глаза.

Я попыталась сесть, но мое тело больше не принадлежало мне. Оно принадлежало химическим веществам, блокирующим мои мозговые волны. Сладостный туман украл сознание, вызывая кошмары полные ужаса.

Бросив попытки привести конечности в рабочее состояние, я легла на спину. Зрение стало тусклым, и потрескавшийся заплесневелый потолок надо мной зиял широкой дырой и как будто говорил что-то в замедленной съемке.

Кто-то ткнул меня в щеку, но я не могла ничего сделать. Он засмеялся.

— Черт, да она под кайфом.

Этот голос налил мое сердце свинцом, я боролась с собой, чтобы отстраниться, чтобы оказаться как можно дальше, но каждая часть моего тела была под тяжестью того, что мне вкололи.

Жар, холод, онемение, чувствительность. Я больше ничего не могла различить.

Пальцы приземлились на мое бедро, крепко сжимая.

— Ничего, ничего. Ты скоро к этому привыкнешь. Это гребаная поездка, в которой ты позволяешь наркотикам взять верх. — Надо мной маячил Кожаный Жилет, облизывая мерзкие губы. — Подожди. Я сделаю тебе действительно хорошо. — Он наклонился и провел своим отвратительным языком по моей шее.