- Сядь, - повторяет он. Я раздражаюсь, и мое тело дрожит, но все же я превозмогаю себя и опускаюсь на краешек стула. Как только я сажусь, Лукас спрашивает, почему я была так груба с Силлой. Я отворачиваю от него лицо, когда отвечаю на этот вопрос.

- Потому что она смотрела на меня свысока, так, будто я не достойна облизать ее мотоциклетные ботинки, - потому что я боюсь вашего совместного прошлого. - Потому что я хочу тебя, - шепчу я дрожащим голосом.

Лукас сжимает руками мое лицо и жестко целует.

- Только не говори мне, что видишь угрозу в Силле, - шипит он напротив моих губ. Я киваю, и он запускает свои пальцы в мои волосы, издавая гортанное рычание. - Ты сводишь меня, ко всем чертям с ума, Сиенна. Она - один из моих лучших друзей, мы выросли вместе, но она - не ты. И никогда тобою не станет, даже за миллион лет.

Так приятно слышать от него эти слова; в ответ я обнимаю его за шею.

- Я хочу тебя, - говорю я ему снова, отодвигаясь. - Я желаю быть тем человеком, которым ты хочешь меня видеть.

- Я не поверю в это, пока ты полностью не успокоишься и не будешь абсолютно уверена, - говорит он, но я прижимаюсь к его телу своим. – Остановись, или я накажу тебя прямо сейчас.

Я беру его руку и прижимаю ее к месту между своими бедрами. Кладя руку на мой подбородок, Лукас поворачивает мое лицо так, что мы оказываемся нос к носу. Испуская стон, он отталкивает меня и снимает свою собственную футболку. Я наблюдаю, затаив дыхание, за тем, как он с легкостью разрывает ее на несколько длинных полосок.

- Что ты..?

- Молчи и раздевайся.

Я раздеваюсь так быстро, что зарабатываю от него удивленный взгляд. Лукас подходит ко мне и бросает одно из гостиничных полотенец на стул.

- Садись, - говорит он, и я опускаюсь на сидение. Он встает передо мной на колени. Но когда я поднимаю руку, желая погладить его волосы, Лукас хватает меня за запястье и привязывает его к подлокотнику стула. Я ахаю. Бросая на меня опасный, предупреждающий взгляд, он привязывает второе запястье к противоположной стороне стула. А затем широко разводит мои ноги, так что я оказываюсь полностью открытой перед ним; через минуту мои лодыжки так же привязаны к ножкам стула.

- Лукас, я...

Он касается моих губ кончиками пальцев, опуская голову, и целует меня там. Я извиваюсь, хватаясь за воздух своими пальцами. В течение вечности он пробует на вкус, кусает и посасывает меня. И когда я уже близка к тому, чтобы кончить, когда я раскачиваюсь взад-вперед на стуле, неистово толкаясь бедрами навстречу его рту, Лукас останавливается.

- Мне нужно сделать звонок, - шепчет он, развязывая меня. - И тебе лучше не трогать себя, пока я не вернусь, ты понимаешь?

Я киваю, и он помогает мне подняться на ноги. Раздвигая мои ноги, он проталкивает в меня один палец.

- Ты понимаешь? - повторяет он суровым голосом.

- Да, сэр.

И в тот момент, когда он покидает люкс, а я иду дуться в ванную.

Глава 17

- Вы были там слишком долго, мисс Дженсен, - напевает Лукас, глядя на меня, когда я выхожу из ванной. Когда он вернулся в комнату? Он сидит на стуле, к которому всего пару часов назад привязывал меня, и тихо играет на своей гитаре. Тепло разливается по моему телу, потому что я не могу удержаться от воспоминания о том, как его рот дразнил мое тело. Как он предупредил меня не кончать. Как он оставил меня жаждущую большего, желающего, чтобы он закончил со мной.

- Я была грязной от...

- Ты мастурбировала.

Он не спрашивает меня, он просто говорит, что по его мнению я делала. И прежде, чем успеваю придумать остроумный ответ, я выпаливаю:

- Ты же отказался закончить начатое.

- И это то, чего ты хочешь от меня сейчас. Чтобы я закончил начатое. Чтобы я продолжил трахаться с тобой.

- Да, - шепчу я.

- Да, что?

- Сэр.

- Больше нет преград между нами, - говорит он, его слова повисают где-то между утверждением и вопросом. Поэтому я киваю.

Лукас подымается на ноги, ставя гитару возле кровати. Сейчас все его внимание сосредоточено на мне. Разряды электричества пробегают по моему телу, от чего каждый дюйм тела будто заряжен током.

- Развернись и обопрись предплечьями и руками на поверхность стола, - говорит он.