Я стараюсь втолковать себе, что меня не волнует мнение людей об этой ситуации, потому что я никогда больше не увижу их снова, но единственное, чего я этим добиваюсь - еще большее чувство стыда. Я замечаю, как покраснели мои руки от того, что я так сильно сжала их, представляя, что сжимаю шею Лукаса. Ух, не похоже, что это когда-нибудь случится. Скорее мне повезет стать поглощенной разверзнувшимся подо мной полом.

- Сядь, Сиенна, - приказывает Лукас тихим голосом. Упрямо качая головой, я делаю глубокий вдох через нос. Одной рукой я стискиваю кожу сиденья, а второй хватаюсь за край стола.

- Пожалуйста, отойди, чтобы я могла уйти.

Он наклоняется, приближая свое лицо так близко к моему, что я ощущаю его дыхание возле своего уха и запах мятной жвачки, которую он жевал немного ранее.

- Хоть раз сделай так, как тебе говорят.

Я смотрю на Кайли, но она так смущена, ее лицо покраснело, а взгляд даже не поднимается от экрана телефона. Возможно, она чувствует себя ужасно от того, что обманом заманила меня сюда. А может, и нет. Если она хоть немного похожа на брата, то в данный момент больше беспокоится о созданной нами сцене и людях, которые притворяются, что не следят за ней, чем о нанесении ущерба моей гордости. Мне не следовало проникаться к сестре Лукаса симпатией только из-за того, как она вела себя с бабулей, но опять же, я никогда не разбиралась в людях.

Молча, я сажусь, успокаивая себя и взглядом бросая в Лукаса невидимые кинжалы. Он же тихо что-то напевает, его приятный голос звучит опасно, мне удается расслышать слова "это моя девочка", после чего он садится на диван возле меня. Чем дальше я отодвигаюсь вглубь кабинки, тем ближе он пододвигается ко мне. Наконец я просто перестаю двигаться, потому что нет смысла пытаться дистанцироваться от него. Я нереально близко к Кайли. Поэтому отодвигаясь от нее на дюйм или два, я пододвигаюсь на это расстояние к Лукасу, в ответ он снова называет меня хорошей девочкой.

Лукас добился своего, я сижу там, где он и хотел меня видеть, прижатая к его телу, горячему и твердому.

Если я просто выслушаю то, что он хочет мне сказать, то смогу уйти и забыть события этой ночи.

Точно... Прямо после того, как он трахнет мне мозг. И сразу же после того, как попытается убедить меня трахнуться с ним самим.

Мою кожу повсюду покалывает.

- Подождешь на улице? - спрашивает Лукас у Кайли. Когда она соглашается, мой рот открывается, и я собираюсь запротестовать. Даже несмотря на то, что она предала меня ранее, я не хочу чтобы сейчас она уходила. Она та, кто заварил все это дерьмо, так по какому праву она теперь меня бросает?

- Ты не можешь уйти, - говорю я глубоким голосом.

Но она смотрит на меня виновато, и почти грустно улыбаясь.

- Прости, Сиенна, но это лишь между вами двумя. Однако я подвезу тебя домой после ужина.

Она протягивает руку и ободряющие похлопывает пальцами по тыльной стороне моей ладони, я сбрасываю ее руку в сторону. Острый край одного из ее бронзовых колец с черепом царапает кончик моего большого пальца, и я засовываю его в рот, стараясь унять боль.

- Спасибо, - говорю я Кайли, скривившись. Не то чтобы это имело значение, потому что я не испытываю никакой благодарности.

Лукас прочищает горло, и Кайли склонив голову, выходит из кабинки.

- Мне так жаль, - бормочет она. Кайли оглядывается в последний раз и уходит, исчезая из нашего поля зрения, но я все еще притворяюсь, что вижу ее. Я знаю, это ребячество, но веди я себя как взрослая, ничего бы не выиграла в этой ситуации.

- Боже, ты выглядишь, словно грех, - говорит Лукас, когда я вынимаю палец изо рта.

Надрыв в его голосе посылает по моему телу прохладное волнение, от пальчиков ног и до макушки головы, на которой мои рыжие волосы неопрятно приподняты вверх. Мои глаза трепещут и закрываются, я молчу и считаю от 20 до 1.

Это не особо помогает успокоиться. Нет, это не помогает совсем. Я могу вызвать такси или, не дай бог, позвонить Сету. Мне не следует оставаться здесь с Лукасом, потому что он почти настолько же плохо влияет на мою психику, как я на его музыку.

17, 16, 15 . . .