Не в состоянии выдержать его откровенного взгляда, я развернулась к леди О.

— Вы должны попробовать кусочек. Я вам обещаю, что вы никогда не попробуете ничего вкуснее, — я лепетала, слова вылетали одно за другим. Честно говоря, выражение лица моего работодателя меня нервировало. Быть может это плохая идея.

Леди О. улыбнулась, искренне радуясь. — Это было бы прелестно… если это не сложно, — она сделала паузу и повернулась в сторону доктора Кейна. — И если, конечно, доктор Кейн не против.

— Ах, доктор Кейн любит торт, — сказала я быстро. И это не проблема. Всё готово. Я просто пойду и принесу его.

Избегая его взгляда, я повернулась на каблуках и вышла из кабинета. Поставила чайник, налила в заварник кипятка, поставила на поднос и понесла в офис доктора Кейна. Не спрашивая, куда бы они желали, я поставила поднос на журнальный столик перед диваном. Повернувшись, обратилась к леди О.:

— Я немного опаздываю к моему парикмахеру, быть может, тогда вы сами нальете чаю, не возражаете, леди Оливия?

— Конечно, нет. Спасибо, Берилл, — вежливо ответила она своим совершенно шикарным акцентом.

— Ну, я пойду, — сказала я в никуда и быстро убежала.

Оливия

Вы могли бы услышать, как пролетит муха в тишине, которую оставила после себя Берилл. За несколько довольно неудобных секунд никто из нас не пошевелился. Затем я встала. Внезапность моего маневра побудила невольно скользнуть его взгляд вниз по моему телу и зависнуть на изгибе бедра.

— Как это любезно со стороны Берилл, — прокомментировала я, двигаясь к дивану.

— Да, очень мило, — согласился он сухо. Бедняжка Берилл. Завтра её ждёт нагоняй.

Я сидела со сведёнными вместе коленями и начала наливать чай. Он не торопился присоединяться ко мне и наблюдал из-за своего стола. Мои движения ощущались неуклюжими и дергаными, и я была бы рада ничего не разлить. Поставив чайник обратно на поднос, я посмотрела на него.

— Молока?

— Ага, — сказал он и, встав, направился в сторону дивана. У него реально очень сексуальная походка. Скорее крадется, чем просто идёт. Я отвела от него глаза, а он опустил свое твёрдое мужское тело рядом со мной и откинулся назад, широко расставив ноги. Его обтянутые брюками колени находились в паре сантиметров от моей ноги. Аромат, тёплый мужской. Так странно, мне захотелось закутаться в него. Каждая клеточка в моей голове загорелась от осознания. Его близость, в социальном контексте, заставляла меня нервничать, выбивая из колеи, как в том самом мультфильме, какое-нибудь животное получает удар током, лопаются глаза, а шерсть встает дыбом.

— Сахар? — мой голос сделался писклявым от переживаний.

— Два. Спасибо.

Я бросила в чашку два кусочка и передала её ему. Я омертвела от дребезжания чашки о блюдце. Мой взгляд столкнулся с его, и Боже милостивый, его глаза были произведением поэтов о пронзительно-насыщенном, расплавленном золоте. Он взял предложенный мной чай. Мой взгляд упал на скромные, неброские часы, которые выглядывали из-под манжеты его рубашки, и его руки с большими элегантными пальцами и ухоженными ногтями. Не сделав ни одного глотка, он поставил чашку с блюдцем обратно на стол. Боковым зрением я могла видеть, как он задумчиво потирал свою челюсть. Я неуклюже наклонилась вперёд, подхватив порцию торта, и подала ему.

Он взял кусок и откусил. Я наблюдала… И сглотнула… Вау! В моих ушах забился пульс. В голове забегало множество мыслей. Я представляла его рот на кончиках моих грудей, на внутренней стороне моих бёдер, между моих ног, где началась бешеная пульсация. Моя реакция на этого человека была необыкновенно сексуальной и непонятной. Я хотела бы знать, что скрывалось под всей его одеждой. Хотела попробовать его своим языком. Я нахмурилась. Мне хотелось понять, откуда брались эти наглые и неуместные мысли. Они пришли из-за завесы? Я была настолько сексуальным существом?

— Вы в порядке? — он смотрел на меня. Одинокая борозда пролегла, нахмурив его лоб.