— Состояние Энджи намного серьезнее, чем мое пулевое ранение, Натан, — предупредила Джулия. — Поэтому нам лучше позвонить ее родителям. Лорен, ты возьмешь на себя эту почетную обязанность или я?

— Хм. Дай-ка подумать, — осторожно ответила Лорен. — С одной стороны, у меня нет сомнений, что я могу запугать их двоих, и они быстро поднимут свои задницы и примчатся сюда. Но с другой стороны, я могу сильно разозлить Риту, и это может усложнить всю ситуацию.

Джулия вздохнула.

— Дай мне телефон Энджи. Лучше позвоню я.

* * *

— Мариса, мне очень жаль, что такое произошло с Анжелой во время дня рождения твоего сына. Но мне кажется, что намного важнее, чтобы родители, по крайней мере, узнали об этом и приехали сюда. Что?! Нет, мы не знаем точно, когда они закончат операцию. Нет, я не думаю, что подождать, пока нам сообщат результаты и только потом рассказать родителям, хорошая идея. Боже, ты это серьезно говоришь, что это вина Анжелы? Не могу поверить, что тебе вообще пришли такие мысли. А теперь, пожалуйста, могу я поговорить с кем-нибудь из родителей? Ты правда так думаешь, Мариса? Тебе не кажется, что именно они должны принимать подобное решение?

Ник и так был почти уже на взводе, но слушая разговор Джулии, он закипел, как электрический чайник. Джулия сначала позвонила родителям Анжелы домой, но звонок перешел на голосовую почту, поэтому она набрала Марису, старшую сестру. И Ник понял из разговора, что была какая-то вечеринка по случаю Дня рождения ее сына, и Мариса не хотела нарушать праздник мальчишки, отвлекая мать или отца. Бедная Джулия изо всех сил старалась быть вежливой и сохранять спокойствие, но Ник с каждой минутой, как Джулия становилась все более и более расстроенной. Лорен, взгромоздилась на подлокотник стула своей сестры, готова была взорваться, вся покраснела, и Ник испугался, что сейчас у Лорен может начаться кровоизлияние в мозг, поэтому Натан сжал ей руку и стал успокаивать, похлопывая ее по спине.

— Мариса, клянусь, что это важно… очень важно. Ради Бога, если бы дело касалось всего лишь сломанных ребер и синяков, я бы даже не позвонила. Но Анжелу повезли…

Спокойствие Ника закончилось, он с нетерпением выхватил телефон у Джулии.

— Давай-ка я с ней поговорю, — сказал он, и Джулия с благодарностью кивнула.

— Это Ник Мэннинг, — резко заявил он. — Я… назовем так, вторая половинка Анжелы. С ней произошел несчастный случай, и твои родители должны поднять свои задницы и примчаться сюда, как можно быстрее. Поэтому я был бы признателен, если бы ты могла сообщить об этом отцу.

На другом конце сотового телефона на несколько секунд воцарилось молчание, а затем раздался визгливый женский голос:

— Это шутка?! Откуда Анжела знает Ника Мэннинга? Она никогда не упоминала нам об этом.

Ник медленно выдохнул, просчитав про себя до десяти, прежде чем ответил на вопрос:

— Она сможет восполнить ваши пробелы как-нибудь в другой раз. Позови отца к телефону.

— Но мы собираемся разрезать торт! Разве Джулия не сказала тебе, что у моего сына день рождения, ему исполнилось одиннадцать лет? Могу я попросить отца перезвонить тебе, скажем, минут через пятнадцать? — заныла Мариса.

Нику только порадовался, что сестра Анжелы не находилась с ним в одной комнате, иначе бы, хотя он никогда в жизни не проявлял жестокость по отношению к женщинам, готов был ее придушить.

— Мне плевать на гребанный торт по случаю дня рождения твоего сына, — гаркнул он. — Честно говоря, мне было бы даже насрать, если бы у твоего отца была бы аудиенция у самим Папой римским в данный момент. Позови… Отца… К… Чертовому… Телефону… Сию… Минуту.

Мариса залепетала, заикаясь:

— Хоо-рошо. Подожди секундочкууу, я позову его.

Ник взглянул на близняшек, которые показывали ему большие пальцы, и он ничего не мог с собой поделать, как улыбнулся им в ответ. А потом трубку взял совершенно растерянный мужчина.

— Привет, дочь сказала, что ты звонишь насчет моей Энджи. С ней все в порядке? Что случилось с моей девочкой?

Ник сохранял спокойствие, быстро представившись, а затем вкратце рассказал Джино Дель Карло всю ситуацию.