Она пожала плечами, снимая влажную повязку с головы.

— Ее истерики меня особенно не беспокоили. Я знала, что в большинстве своем это было шоу, поэтому я просто пыталась блокировать…

Его резкое шипение прервало ее, и она нахмурилась, заметив, что он в шоке уставился на нее. Он немного побледнел, несмотря на свой загар, остановив свой взгляд на ее верхней части тела, одетой в черный бюстгальтер.

— Господи Иисусе, — воскликнул он. — Сколько, черт возьми, ты потеряла в весе? Я могу даже пересчитать твои гребаные ребра, Анжела.

Ее щеки покраснели от гнева, она резко вытащила чистую футболку, прикрыв свое костлявое тело.

— Оставь меня в покое, Ник, — сердито сказала она. — Тебе это не составит труда. На самом деле, я бы сказала, что ты очень в этом хорош, а?

— Ангел. — Он потянулся, желая взять ее за руку, но она отпрянула от него.

— Не называй меня так, — рявкнула она. — Я говорила тебе, не смей называть меня этим именем. И перестань притворяться, что тебе не наплевать, когда мы оба знаем, что, на самом деле, это не так. Ты совершенно четко дал мне понять, что я тебя не интересую, и я поняла твое сообщение, сказанное громко и ясно.

На этот раз она не смогла быстро увернуться от него, и он заключил ее в свои руки, его темные глаза с яростью поблескивали.

— Мне не все равно, я хочу знать, почему ты решила, что морить себя голодом было хорошей идеей? — проревел он. — Ты должна понимать, что выглядишь нездоровой, как…

— …как скелет. Или анорексичка. Да, я знаю, что выгляжу именно так, — парировала она. — В конце концов, все постоянно мне об этом напоминают. И я не пыталась похудеть. И у меня нет зависимости, что я толстая или что-то в этом духе. Просто мне тяжело есть. — Последнее слово она произнесла шепотом, от чего Ник поморщился.

— Сколько ты потеряла и когда? — подталкивал он.

Она закатила глаза.

— Боже, некоторые вещи никогда не меняются, да? Ты все еще требуешь ответов, но ничего не даешь взамен. Может тебе стоит не обращать внимания на то, что тебя теперь не волнует, Ник. На меня.

Он слегка ее встряхнул, его рот превратился в тугую, сердитую линию.

— Я беспокоюсь о тебе. Итак, я спрашиваю снова. Сколько точно в весе ты потеряла, и самое важное почему?

Анжела пыталась вырваться из его рук, но его хватка была похожа на кандалы у нее на предплечьях. Она разозлившись набросилась на него:

— Хорошо, если ты настаиваешь. В общей сложности я потеряла тридцать фунтов, но я набрала почти десять в последнее время. И я похудела, потому что еда не казалась мне столь нужной и важной. — Она закрыла глаза, отчаянно стараясь остановить слезы, которые готовы были появиться у нее на глазах. — Мне не многое казалось не важным в течение очень долгого времени.

Ник низко выругался, потом с осторожностью ее отпустил.

— Из-за меня, — категорически заявил он. — Ты перестала есть, когда мы расстались. Поэтому, — он посмотрел на ее очень тонкое тело, — это все моя вина.

Она нахмурилась.

— Не льсти себе. Знаю, тебе трудно не льстить себе, но хотя бы постарайся. Я всегда говорила, что была худой и не отличалась особым аппетитом. Когда мы встречались, ты практически заставлял меня есть. Я всего лишь вернулась к своему естественному весу.

Он отрицательно покачал головой.

— Э-э, нет… э-э. Я не куплюсь на это. Конечно, тогда ты поправилась на десять фунтов, когда мы были вместе, и выглядела фантастически. Но ты никогда не была такой худой. — Его взгляд упал на ее крошечную талию и вогнутый живот, потом опустился ниже к ее узким бедрам и длинным тощим ногам. — И у тебя никогда не было этого. Я заметил ее, когда ты заканчивала гонку.

Она протестуя вскрикнула, когда он поднял подол ее футболки и щелкнул по синей стрекозе, пирсинге на ее пупке. Она шлепнула его по руке и дернула футболку обратно.

— Ты что возражаешь? — с возмущением спросила она.

— Да, вообще-то, — протянул он. — Я не уверен, что мне нравятся разные пирсинги и не думаю, что тебе это подходит. И зачем ты сделала нечто подобное?

Она начала натягивать тренировочные штаны.

— Импульсивное желание, — призналась она. — На самом деле, пьяный вызов одной из моих подруг.

Ник скрестил руки на груди и покачал головой.